Отважный офицер, вертолетчик-ас, знающий все ущелья, все долины, все площадки, где можно было посадить винтокрылую машину. Сванетия с октября до мая укрыта шубой туч и туманов, летная погода там бывает пару часов в месяц. Но ооновской комиссии непременно надо было убедиться, что в Кодорском ущелье уже нет никаких боевиков, что там восторжествовала демократия и соблюдаются права человека. Вертолет нашли спустя несколько недель, уже в декабре. Причиной катастрофы назвали погодные условия. Но Катя знала от друзей мужа, что вертолет был сбит пулеметной очередью. Впрочем, какая разница? Несколько недель она жила надеждой. Она знала, что муж жив. Она не верила никому. И только после процедуры опознания, увидев среди обугленной плоти скрюченную руку с золотым кольцом, она поняла, что осталась одна. Надежда обманула ее. Вера бросила. Любовь умерла… Все, что осталось, – боль и отчаяние. Боль и одиночество. Боль и тоска…
Она вздохнула. Ну и что? Но ведь он не погиб?
Катя вдруг поняла, что опирается на могильный крест. Она перекрестилась и пошла по тропинке прочь от кладбища. Даша, догнав ее, спросила:
– Ты в порядке? Постой, не беги.
– Идем скорее, – не оборачиваясь, бросила Катя. – Сейчас стемнеет, а по горам в темноте не ходят. Когда это случилось?
– Что? А… Сегодня что, десятое? Три дня назад.
– И ты сразу прилетела? Сообщить мне радость?
– Дура! – Даша шагала рядом, заглядывая в лицо. – Ты за кого меня принимаешь?! Он так тебя любит! Он приезжал ко мне, рассказывал про тебя, на него больно было смотреть, так он тебя любит. А ты его отогнала прочь! Какая же ты дура! Стой же, не беги!
Катя остановилась и, чувствуя, что силы оставляют ее, обнялась с Дашей.
– Главное, что он жив, – прошептала она. – Я знаю, он жив.
– А я что, разве говорю, что он умер, дурочка! – Даша гладила ее по волосам, выбившимся из-под платка. – А ты сразу в слезы ударилась.
– Какие слезы? Разве я плачу? – удивилась Катя, ощупывая мокрое лицо. – Нет, Даша, ты не думай, ты прости меня, что я так сказала, сорвалось с языка. Я раньше такая злая была, столько раз и тебя, и маму обижала, как вы только меня терпели. И сейчас вот – вырвалось. Как папа?
– Папа? – Даша помолчала. – Папа, он сейчас с визитом в Малайзии. На краю света.
– Край света? Край света здесь, – вздохнув, сказала Катя.
Солнце опустилось за пылающую линию горизонта, и от скал сразу повеяло холодом. Сестры зябко поежились и заспешили вниз по крутой тропинке, а в темнеющем небе над островом зажглись первые звезды.
Глава 19
Генерал Деев квасил третьи сутки. Встреча с Леной выбила его из колеи. Ощущение было такое, будто кто-то, поймав его на встречном движении, засадил ногою под дых.






