ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Январь 1999 года. Катя знакомится с потомком русских эмигрантов Майклом, и кажется, что возникшая искра симпатии разгорится в пламя настоящей любви. Но выясняется, что Майкл – родной правнук последнего российского императора Николая II, и, создавая семью, он обязан руководствоваться чувством долга. А в это время в Москве идет подготовка к схватке за власть. Один из претендентов – влиятельный губернатор, генерал Деев. Нанятые олигархом Ольховским проныры-консультанты предоставляют ему весомые аргументы, что семья Николая II была спасена и, возможно, где-то скрывается венценосный наследник. Деев задумывается о его ликвидации. Этого же хотят два спецагента секретной службы одной из западных стран. Действуя согласно тайной директиве вековой давности, они должны сыскать и уничтожить прямых наследников дома Романовых. Вскоре в российской глубинке зверски убивают неимущего старика. Распутывая это дело, следователь выясняет, что старик страдал болезнью Алексея Романова, а еще находит написанное в 1941 году письмо царевича, которое переносит нас в 1918 год.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

 – Нужен ли президент, если в стране будет царь? Вы же военный человек, тактику и стратегию изучали. Попробуйте просчитать дальнейшие ходы противника. Если в России будет восстанавливаться монархия в какой-либо форме, выборы не состоятся. Возможно, они придумают какое-нибудь Учредительное собрание. Или еще что-нибудь. Им понадобится какой-то всенародный представительный орган, чтобы утвердить фигуру, занявшую трон. Хотя это вполне может сделать и Дума. Кто знает, что может придумать Ельцин? Его тяга к загогулинам неиссякаема.

– Какую такую фигуру? – Деев тоже встал и принялся расхаживать из угла в угол, дымя сигаретой и сбрасывая пепел на ковер. – Вы что, забыли? Единственная фигура – это я, умиротворитель Кавказа, боевой генерал! Других фигур нет и в помине! И потом как же так? Мои избиратели меня просто не поймут, если я начну вилять. Мое слово – слово солдата. Все знают, что я за веру, царя и Отечество. Вычеркнуть царя? Однажды вычеркнули. Армия, кстати, вычеркнула, забыв напрочь о присяге. Стану верховным, первым делом заставлю ее покаяться. На коленях. А первым покаюсь я. Потому как это пятно до сих пор на наших мундирах. Вроде бы не видно, а жжет.

Консультанты молчали, с некоторым беспокойством наблюдая за его перемещениями по кабинету. Деев, сам того не замечая, пинал все, что попадалось ему на пути: кресло, пуфик, торшер у дивана. Он замахнулся было и на китайскую вазу эпохи Цин, но, взглянув на свисающий ценник, одумался и стукнул ногой в дверной косяк. Получилось больно, зато к нему вернулось спокойствие. Эти лощеные интеллектуалы в один миг хотели разрушить самую сокровенную его мечту. Ничего у них не выйдет.

Разговоры о восстановлении монархии не были для генерала Деева пустой болтовней. Пусть он не сам додумался до этой идеи, пусть! Но зато он воспринял ее всем своим сердцем. Да, поначалу она казалась ему полной чушью. Абсурд, какого и придумать было нельзя. Но консультанты все разложили по полочкам, все разжевали, расписали до последней запятой. Оказалось, идея-то вполне реальная. Ведь вернулась же королевская власть в Испанию, Грецию, Португалию, Болгарию и Черногорию. А Ближний Восток? Вот и Россия может свернуть на туже тропинку. Почему бы и нет? Дело за малым – изменить Конституцию да найти кандидата на трон. Вот здесь-то генерал Деев и увидел сияющую дорогу, по которой он должен пройти.

Консультанты, а точнее Ольховский, считали, что монархическая предвыборная демагогия должна была всего лишь обеспечить генералу необходимую поддержку избирателей. А после победы на выборах всю эту шумиху следовало понемногу загасить. Например, отвлечь население какой-нибудь более актуальной темой – локальный конфликт, стихийное бедствие, обострение отношений с соседями.