ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Вступая в Разведку — корпус с самой колоссальной статистикой смертности — ни Леви, ни Кáта не предполагали, что найдут там свою любовь. Однако никогда нельзя забывать, что жизни с особой иронией нравится вносить коррективы. Капитаны Goldy Circe Вступая в Разведку — корпус с самой колоссальной статистикой смертности — ни Леви, ни Кáта не предполагали, что найдут там свою любовь. Однако никогда нельзя забывать, что жизни с особой иронией нравится вносить коррективы. Goldy Circe Капитаны ========== Дежурство не по чину ========== Дождь льёт с особым усердием. Капли тяжёлые, увесистые. Они мелким градом сыплются и ощущаются даже под скопом деревьев. Над кострами наскоро выстраивают навесы, чтобы солдатам было хоть что съесть на ужин, от огня то и дело идёт пар — свидетельство сомнительного успеха Моблита, что командовал установкой шатра. Погодное несчастье застало экспедицию Разведкорпуса под вечер, лишив и возможности, и перспективы сменить дислокацию, а также вынудив каждого озаботиться крышей. Леви зябко ведёт плечами, натягивая капюшон посильнее. Воздух свеж и бодр даже внутри палатки, где Эрвин и Шадис вот уже минут двадцать рассматривали бумажки и карты под светом керосинки. Пламя играет: то разгораясь сильнее, то тускло отсвечивая, что лицо командора зловеще мерцает переливом паутинки из морщин. В полутьме не видно, но Кит уже седеет местами. Смит сосредоточено вчитывается, хмурит брови — явно занят и погружён в перипетии тайных знаний и размышлений, так что капитан специа

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Ей вдруг становится так просто и легко лишь от его близости: яркое спокойное тепло расплёскивается из сердца, растекаясь по мышцам. Странное чувство, пугающее её когда-то поначалу. Ещё девчонкой она вычитала определение в словаре в городской библиотеке — так именовалась «любовь».

— Думаю, я уступлю тебе эту привилегию. Хоть это звучит немного странно, — Кáта, улыбнувшись, отпивает чаю. — Мне больше нравится, когда ты зовёшь меня “любимая” или “любовь моя”…

Уголки губ Аккермана украдкой скользят вверх, он кивает, снова разливая золотисто-каштановую жидкость. Встряхивает термос, взвешивая остаток.

— Всё, это последнее, — заключает Леви. Катрина чувствует, как зябкий холодок снова украдкой проскальзывает под плащ. — Скоро уже должны появиться ваши сменщики. И мы пойдём в тепло.

Катрина рассеянно разбалтывает дымящийся чай в чашке.

— Мне нужно ещё ребят проверить… Поверить не могу, что Эрвин их заставил таскать ящики. Они вообще в этой истории не замешаны были…

— Не скажи, — он мягко оглаживает её ладошку. Нащупывает мелкий рубец — подарок битвы при реке в прошлой экспедиции. У него тоже имеются ”сувениры”: на спине и предплечье. — Твой отряд пошёл следом за своим капитаном.

— Только Александр и Фред.

— Эрвину достаточно двоих, чтобы вписать в отчёт “в деяние капитана был вовлечён весь отряд”, — Кáта досадливо вздыхает и сжимает руку Леви в ответ — инертно, но так интимно, что по предплечью вверх ползут сладкие мурашки. — Мы всё ещё можем выбрать в свидетели кого-то другого в пару Ханджи. Более сговорчивого и менее надменного. Мика или Моблита, например. Или Шадиса, чтоб уж совсем по официальной форме…

Над лагерем разносится мягкий грудной смех.

— Думаешь заставить Эрвина одуматься, лишив его билета в первые ряды свадьбы?

— Нет, просто уколоть. Слегка. Чтоб не заигрывался.

Катрина качает головой, задумчиво осушает кружку:

— Навряд ли с командирами это так работает… Я могу признать, что в отношении меня он прав. Такое самовольство — действительно проступок, но вот трогать за это весь отряд… Ладно, не будем об этом, Леви. Как прошёл твой день? — полушёпотом спрашивает она.

Капитан рассеянно вглядывается в её глаза. Странно думать, что кому-то может быть интересен его день. Но Кáта всегда спрашивает и всегда внимательно слушает. Порой просто внимает, когда ему надо высказаться, порой возмущается, когда требуется разделить эмоцию. А ещё радуется за него — искренне, что аж на сердце теплеет.

А что произошло за сегодняшний день?.. Леви чуть по лбу себя не хлопает — точно, они же не виделись с самого утра, как Кáта на дежурство пошла.