ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Два десятка человек отчаянно борются за жизнь. Они пленники чёрной пустыни, и выход за периметр грозит им нечеловеческими мучениями, которые хуже, чем смерть. Чёрный песок манит, невидимое зло сулит спасение, с наступлением сумерек оно начинает звать, и противиться этому почти невозможно. Выбраться из смертельной ловушки нет никакой надежды. Идёт жестокая игра на выбывание, и правила этой игры диктует пустыня. Изнанка Дмитрий Видинеев Два десятка человек отчаянно борются за жизнь. Они пленники чёрной пустыни, и выход за периметр грозит им нечеловеческими мучениями, которые хуже, чем смерть. Чёрный песок манит, невидимое зло сулит спасение, с наступлением сумерек оно начинает звать, и противиться этому почти невозможно. Выбраться из смертельной ловушки нет никакой надежды. Идёт жестокая игра на выбывание, и правила этой игры диктует пустыня. Дмитрий Видинеев Изнанка Глава первая По железнодорожной платформе брёл рыжий пёс. Он совершал ежедневный обход территории деревни, считая это своей обязанностью. Ну как же, надо ведь проверить всё ли в порядке, не случилось ли за ночь чего-то плохого. Старожил, хозяин, хоть и шерсть в репейниках. Его уважали, подкармливали. Сегодня он уже побывал в северной части деревни, в западной, теперь вот до железнодорожных путей, разделяющих деревню надвое добрался, до платформы. А потом направится в южную часть, а в восточную не пойдёт, как не ходил уже несколько дней. Боялся он этой территории, что-то нехорошее там творилось. Вроде бы всё как пре

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Борис подумал, что от этой тишины можно сойти с ума.

Он заметил людей, идущих в сторону пруда. Семь человек. Двое катили тачки, нагруженные поленьями, кто-то нёс горящий факел. Борис понял, что эти люди решили держаться вместе и, по-видимому, они проведут ночь у костра. Верное решение.

Виталий поднялся, подошёл к самовару.

— Уже скоро, — заявил он. — Знаете, когда я переехал в Белую Даль, то первым делом приобрёл вот этот самовар. Настоящий антиквариат. Это самовар в 1906 году на тульской фабрике братьев Шемариных сделали, там даже медальки специальные выбиты. А потом я купил часы с кукушкой и целую кучу фарфоровых статуэток. Мне почему-то всегда казалось, что настоящий деревенский дом без этих вещей будет… — он на секунду задумался. — Будет не живой, что ли.

Борис решил, что Виталий сейчас говорил только затем, чтобы хотя бы звуком своего голоса нарушить эту проклятую тишину. Мысли вслух — спасение от гнетущего беззвучия. А затея с самоваром и чаепитием, словно пир во время чумы. Лишь бы отвлечься, лишь бы не задумываться о том, что завтра будет.

Люди возле пруда сложили поленья на берегу, подожгли их. Огонь разгорелся быстро, весело. У Бориса даже настроение немного поднялось. Ему вспомнилось, как давным-давно, ещё в юности, он с друзьями сидел у костра в лесу, и всё тогда казалось просто чудесным. Лето, беззаботность, ящик пива, необычайная лёгкость в теле и мыслях. В его руках была гитара, на «банке» которой было написано «Анархия — мать порядка» и нарисован красный круг с буквой «А» внутри. Все пели песни «Кино», «Сектора газа» и «ДДТ». В углях пеклась картошка, а сидящие рядышком две девчонки были красивые-красивые — хотелось по уши влюбиться в обеих…

Он вдруг что-то увидел и приятные воспоминания как отрезало. Но что увидел — не понятно. Это было похоже на густую плотную тень, промелькнувшую в сумраке за границей периметра. И Борис был уверен: ему не померещилось. По спине пробежал холодок.

— Виталя, — позвал он, внезапно севшим голосом. — Там действительно что-то есть. Я только что видел.

— Не понял? — Виталий отвлёкся от самовара. — Ты о чём?

— Там что-то двигалось. Будто сумерки сгустились в одном месте, а потом… Не знаю… Этот сгусток в сторону как будто метнулся и исчез.

— Тебе не показалось? — встревожилась Марина. Она поднялась со ступеней.

Виталий озадаченно почесал затылок.

— Я ведь недавно тоже что-то видел, но… думал, померещилось, — он подошёл к Борису. — Нам ведь не могло одно и то же померещиться?

— Это вряд ли, — ответил Борис.

Стоя на ступеньках, Марина напряжённо всматривалась в пустошь.

— Чёрт бы вас побрал! Вы меня пугаете.

В следующее мгновение она охнула, прикрыла рот ладонью.

За периметром начали появляться тёмные силуэты людей.