Польские панночки наблюдали за интернациональным сборищем с явным интересом, рестораны работали почти круглосуточно, деньги лились рекой. Ну вот, наконец-то появился невысокий худощавый мужчина в довольно дорогом костюме, в шляпе с широкими полями, на лице — круглые очки, щеточка усов под Ворошилова, неспешная походка солидного и немного уставшего человека. Хорошо, что он уже появился! А то кофе тут, в Люблине, варить не умеют. Хуже пока что пить не приходилось. И это надо так уметь испортить вполне приличный напиток! Скорее всего, пережарили зерна, или они попали сюда из какой-то левой партии, типа контрабандный продукт, где-то протухший по дороге. Конечно, понимаю, экономия, но поить такой бурдой посетителей — себя не уважать!
— Можно присесть — поинтересовался Трилиссер.
— Конечно.
Мы прекрасно знаем друг друга и поэтому никаких паролей не требуется.
— Кофе лучше не заказывай!
Меер Абрамович оценив мою недопитую чашечку, кивнул головой. Тут же появился официант. Мой визави заказал ему чай. Я же отодвинул недопитую чашку и попросил спички.
— Как вам кофе? — поинтересовался официант. Мой плохой польский все-таки позволил ответить:
— Отвратительно! Хуже пить не приходилось!
— Видите, все-таки в чем-то мы, поляки, все-таки первые! — нашелся официант, чем вызвал мою улыбку. Ладно, чаевых ему отсыплю, но немного, пусть не зазнается.
— Что скажете, Меер Абрамович? — спросил, когда официант принес заказанный чай с пирогом для Трилиссера и коробок спичек для меня. Я как раз по случаю купил неплохих сигарилл и теперь, откусив кончик, вдумчиво, наслаждаясь процессом, закурил.
— Для вас, Мигель, есть новое поручение. Есть данные, что американцы сильно давят на правительство Отто Брауна. Почему-то им позарез необходимо скорейшее прекращение гражданской войны в Германии. Если британцы и французы ничего не могли предложить Брауну, то Джеймс Фарли, личный представитель Рузвельта, какой-то подход к ним найти смог. Но увы, что конкретно и какие там у них договоренности, нам неизвестно.
— И что нужно пиндосам? — я задумался и пустил клуб ароматного дыма к потолку кафе. Впрочем, тут не было мест для некурящих, курить можно было везде и всюду на столиках стояли пепельницы.
— Кому? — поинтересовался Трилиссер.
— Это я в Ростоке у матросов нахватался, они так американцев называют. — выкрутился, мысленно обматюкав себя, опять распустил язык и перестал контролировать речь!
— У них сейчас экономический кризис в самом разгаре. К европейским деньгам их кузены не подпускают. Взять бы тихонько этого Фарли и поговорить по душам. А что? Пропадают же люди в Германии? Гражданская война всё-таки. Никто ему гарантировать безопасность не может.






