ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Кто она ему — жена, любовница, знакомая, любимая женщина, мать его сына? Он приходит и, не спрашивая, берет свое, ничего не оставляя взамен. Только один раз оставил то, что спасало ее долгие годы ожидания — сына, который стал для нее якорем в этой жизни. Как любить человека, который ночью может дарить счастье и ощущение полета, а днем убивать своим безразличием и связями с другими женщинами? Как ненавидеть его, когда он стал первым и единственным мужчиной? Как жить, когда твое тело жаждет его любви, а душа плачет кровью? Как жить, когда видишь, что самый лучший на свете сын совершенно не интересен ему? Что делать, когда наконец-то понимаешь, что ты стала для него УДОБНОЙ, а не любимой и желанной? Хватит ли сил стать самой собой и начать новую жизнь? И что это такое — любовь?

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Что у нашей Оксаны есть шанс, — ответила Маша, хотя после своих же слов на душе заскребли кошки.

— Да-а-а-а, — многозначительно протянула Лидочка. — СамЭц, что тут сказать. Девчонки, а вы не заметили, есть у него кольцо на пальце? Чего-то я затормозила, не глянула.

Маша и Татьяна пожали плечами. Потом обе, не сговариваясь, молча вышли из приемной.

— Я в кафешку, а ты? — Спросила Татьяна, когда они дошли до ее кабинета.

— С тобой. Только забегу к себе, сумку возьму и в туалет.

— Давай, я тебя на крыльце жду.

Мария пришла к себе, прижалась спиной к двери и закрыла глаза. Она снова вспоминала Кирилла. Она не могла сказать, что с ней происходит, такое было впервые. Ее кидало то в жар, то в холод, на щеках горел лихорадочный румянец. Ну не красавец же, но все равно он с первого взгляда влез в ее голову и там остался насовсем. И сердце билось, как заполошное, не желая успокаиваться. Немного придя в себя, отдышалась, дала себе установку выбросить Кирилла из своей головы.

— Тьфу ты, как маленькая девочка, увидела смазливое лицо и растаяла, — бурчала про себя Мария. — Кто он и что я такое. Он на меня даже не посмотрит. Ну и что, что ручку поцеловал, так он всем целует. А ты уже нафантазировала себе, дурында.

Она взяла куртку, сумку, по дороге зашла в туалет, умылась холодной водой, вышла на крыльцо. Татьяна уже ждала ее.

Сделав заказ, девушки вернулись к обсуждению приезда столичного гостя.

— Интересно, что нам ждать? — Начала Татьяна. — У кого-бы узнать, что он за птица такая. У тебя в Главном есть кто-нибудь знакомый, чтобы позвонить? — Маша отрицательно покачала головой. — Вот и у меня нет. Был один одногрупник, да его турнули оттуда. Надо будет у Мишки спросить, у него везде есть связи. А вот и он, на ловца, как говориться, и зверь, — Татьяна махнула рукой Сорокину, который вошел в кафе.

— Привет, — он уселся к ним за столик. — Какие новости?

— Ты где был? — спросила Татьяна.

— Да по своим источникам ходил. А что?

— Москвич уже здесь. Ты случайно такого Карасева Кирилла Олеговича не знаешь? Или кому позвонить туда, чтобы узнать о нем?

Сорокин задумался, закатил глаза, вспоминая свои московские связи, потом просиял и сказал:

— О, знаю кому можно позвонить.

Он достал телефон и уже через минуту бойко разговаривал с неизвестным девушкам собеседником. Проговорив около десяти минут, Сорокин попрощался, дал отбой:

— Ну что, девушки! Карасева послали к нам на разведку, посмотреть на личный состав. Я так понял, что ожидается чистка наших рядов. Будут менять концепцию, ну это вы уже знаете. А что до Кирилла, то он женат, есть сын. Его перевели по знакомству откуда-то в Москву недавно, меньше года назад. Говорят, скользкий тип, с ним надо осторожно, себе на уме.