— Я голоден с самого утра, — добавил он, глядя на жену.
— Доченьки, пойдите и приготовьте отцу что-нибудь поесть. С нами аллах. И от того, что все мы будем вот так печально сидеть, пользы мало, — проговорила она, вытирая кончиком платка глаза.
Мерген поднялся. Накинул на плечи халат и, взяв ружье, глянул на жену, словно спрашивая: «Ну-ка, объясни, что тут у вас происходит». А невестки по-прежнему оставались на местах.
Голос Дурджемал задрожал:
— Баллы-джан еще вчера ушел на пастбище, — тихо заплакала она, — где бы это он мог столько находиться? С ним, наверное, случилась беда.
— Кто-нибудь пошел искать?
— Ребята ушли, соседи тоже отправились, по пока никаких вестей.
Мерген после этих слов молча вышел. Широко шагая, дошел до улицы и увидел приближающееся стадо верблюдов. «Ага, верблюдица здесь, значит и мальчик должен быть где-то недалеко», — подумал он, и лицо его просветлело. Верблюдица узнала хозяина и подошла к нему. Мерген погладил ее по мягкой шерсти, пропуская во двор.
Караджа и Баллы, приблизившись к Мергену, поздоровались.
— Где это вы так задержались? — спросил Мурадгельды.
— Да вот пришлось побывать у нашего «дяди» Курбанлы, — бросил Караджа. А затем со всеми подробностями рассказал обо всем, что с ними приключилось.
— А кто этот Ходжамурад, не узнавали? — поинтересовался Мерген.
— Как-то не решились спросить, а сам он тоже не сказал.
— Тот, кого зовут Ходжамурадом, работает в исполкоме, — вмешался старший сын Мергена.
Под вечер, собра́в вокруг себя сыновей, Мерген сидел возле кибитки на кошме и ел чектырме, приготовленное из джейраньего мяса. Дурджемал поодаль сидела с невестками. До конца ужина никто ни слова не проронил. Когда убрали опустевшие миски и свернули дастархан, все посмотрели на хозяина. Он прочитал молитву.
Ни Мерген, ни его сыновья не были большими любителями чая. Обычно после молитвы сыновья расходились по своим делам. Но сегодня они не спешили уходить. Переглядывались между собой с улыбкой. Мерген понял, что у них есть какой-то разговор к нему.
— Что там у вас, ребята, говорите!
— Папа, ты уходишь на охоту, задерживаешься там порою по несколько дней и не знаешь, что в селе происходит, — начал было старший сын Ораз, но запнулся, не решаясь продолжать.
— Ну, ну, говори, сынок! — улыбнулся Мерген. — Вы что же думаете, раз отец бродит в горах, так он и не ведает, что вокруг происходит?
Дети засмеялись.
— А кто ж его знает, — снова начал было ста́рший.
Но отец пристально посмотрел в глаза Оразу:
— Не думайте, что я из-за одного лишь джейрана остаюсь по два-три дня в горах. Недавно я там познакомился с начальником заставы. Он хоть и молодой, но знающий человек. Поведал мне, что в селах создаются колхозы, разъяснил, что это такое.






