ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Нелюбимые Дмитрий Болдин Дмитрий Болдин Нелюбимые Все персонажи и издания выдуманы, а совпадения случайны. Любая связь с реальными людьми и событиями — результат художественного вымысла. — Я всегда чувствую, когда ­что-то происходит. Но в этот раз все слишком быстро было. Слишком… — слышу я голос из соседней кабинки туалета и пытаюсь разобрать, чей он, а голос продолжает говорить ­кому-то в трубку: — Тут все улыбаются и делают вид, что все в порядке, но оказывается, все не так уж и весело. Я не выхожу из кабинки, потому что боюсь спугнуть человека за стенкой и хочу дослушать разговор до конца. Голос не похож ни на кого из редакции W, и я начинаю думать, что, возможно, это сотрудник другого журнала, но до конца в этом я не уверен. — Да, ­как-то стало невесело. Не помню, чтобы так было раньше. — Голос замолкает, человек или ­что-то обдумывает, или слушает ­кого-то в трубке, но через несколько секунд произносит: — Я не знаю, что делать дальше. Просто не выдержу так. Я не хочу просыпаться, понимаешь? В этот момент я уже собираюсь выйти из кабинки, но голос останавливает меня: — Я не знаю, честно. Давай поговорим… — Слышу, как за стенкой ­кто-то резко шмыгает носом. — Давай просто поговорим? Просто поговорим. Сейчас. Ты слышишь меня? Алло? Прерываешься. Алло? Голос на ­какое-то время пропадает, а потом возвращается: — Не клади трубку. Алло? Я тут, а ты? Пожалуйста, поговори со мной. Все стало невыносимо, — снова резкий вдох, — вся эта мишура, она… ее больше нет. В ­какой-то момент

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Я чуть приподнимаюсь, и мы оба смотрим друг другу в глаза, а затем она начинает смеяться и говорит, что приехала сюда сдать вещи в химчистку.

***

В «Кофемании» на Неглинной полно людей, и приходится сесть за стойку рядом с человеком, который постоянно отходит с ­кем-то поговорить по телефону, а когда возвращается, то продолжает ­что-то бубнить под нос. Складывается впечатление, что у человека проблемы с головой и по телефону он ни с кем не говорил. Я всячески не хочу привлекать его внимание, поэтому утыкаюсь в свой телефон, листая в ленте фотографии сегодняшнего дождя. Когда официант ставит передо мной американо, я замечаю, что в зал входит компания. Их джинсы мокрые, и с зонтов струями стекает вода. Администратор обводит зал рукой, показывая, что свободных мест нет; компания некоторое время стоит в замешательстве, а потом просто уходит. Я пью кофе и вспоминаю, как еще полчаса назад был в машине с Аней, и по моему телу снова растекается тепло.

Сосед по стойке начинает чуть громче произносить слова, и мне удается расслышать фразу: «Когда было солнце». Затем мужчина берет трубку и отходит в сторону. На улице сверкает молния, и все посетители поворачиваются к окну; через несколько секунд раздается грохот. К­то-то отодвигается от окна подальше, ­кто-то просто смеется. Молоденькая стажерка в черной майке от испуга хватается за сердце, но официант указывает ей на столик, за которым девушка рукой подзывает ­кого-то из персонала. Сверкает еще одна вспышка, и зал замолкает в ожидании грома. Он начинается с вибрации и затем резко раскатывается за окном. На этот раз никто не смеется, большинство гостей берут телефоны и ­что-то начинают печатать. Я пытаюсь заказать такси, чтобы уехать домой, и наблюдаю, как радар в приложении ищет машину поблизости. Когда на экране загорается «Машин рядом нет», я отменяю заказ и звоню Сереге.

— Привет, — слышу его уставший голос.

— Не хочешь продышаться? — шучу я.

— Горю желанием, ты сам как?

— Нормально. Не могу выехать из «Кофемании».

— А я из редакции. Понятия не имею, когда дождь перестанет лить.

— Много народу сейчас в редакции? — спрашиваю я и прошу официанта налить воды с лимоном.

— Несколько человек. А ты сегодня где был?

— На встрече.

— Что за встреча?

— Да так… с потенциальным спонсором, — вру я.

— И как, успешно?

— Пока не знаю, но, может, ­что-то получится.

— Ну хорошо.

— Наверное.

Официант ставит на стойку стакан с водой и бросает в него дольку лимона, на что я благодарю его кивком, и он уходит.

— Сегодня тут снова странные движения ­какие-то были.

— Какие? — Я придвигаюсь поближе к стойке.

— Да Катя всех по одному вызывала.

— Зачем?

— Я понятия не имею, старик.

— Так тебя звали?

— Нет. Она ­куда-то уехала передо мной.