Я поглаживал его, успокаивал:
— Ну-ну, дурашка! Не бойся, я тебя не обижу.
Что же, в самом деле, делать? Отпустить косого — пропадёт. Просто чудо, как он до сих пор не попал на зуб лисе или бродячей собаке. Унесу его домой, а там будет видно.
Я вернулся к месту, где оставил ружьё и вещевой мешок, и принялся свистком звать Флейту. Собака долго не появлялась. Видно, так увлеклась погоней, что не слышала свистка. Но вот Флейта выбежала на прогалину и, увидев в руках у меня живого зайца, в недоумении остановилась. «Что же это такое, хозяин, — говорил её взгляд. — Я ног не жалею, рыскаю по лесу, а ты тут живыми зайцев добываешь». Постояв так с минуту, Флейта звонко залаяла и бросилась ко мне. Сердитый окрик заставил гончую умерить неуместный пыл.
— Назад, Флейта, назад! Разве ты не видишь, что бедный зайчишка и так напуган до смерти! Мы должны помочь ему.
Собака перестала лаять, отошла в сторонку и села, обиженно поджав хвост.
Так с живой добычей в руках я и направился в город.
Дома удивились моему раннему возвращению и ещё больше — живому зайцу. Сняв охотничье снаряжение, я занялся слепцом. В это время пришёл из школы Володя.
— Заяц! Живой!
Сумка с книгами была моментально брошена, пальто и шапка сняты с небывалой быстротой, и сын немедленно предложил свою помощь.
— Что ты, папка, будешь делать с этим несчастным зайцем?
— Об этом я пока не думал. Отнесу, например, в лес и отпущу…
Морщинки на лице мальчика разгладились, он улыбнулся.
— Ты хорошо поступишь, папа. Но я бы посоветовал тебе не это.
— Посоветовал? Гм… Любопытно. Оторви-ка клочок ваты. Так. Макни в раствор марганцовки. Вот. Теперь передай мне, а сам придержи зайчишке задние лапы. Осторожно, он может ударить.
Я стал протирать зверьку глаза.
— Так что бы ты посоветовал?
Володя пристально посмотрел на меня.
— Подари зайца мне!
— Подарить? Живой заяц — не игрушка.
— А я и не играть. Я… в школу его отнёс бы. В наш живой уголок. Заяц бы там жил вместе с ёжиком и морскими свинками.
— Предложение хорошее, надо подумать. Налей-ка в таз тёплой воды. Будем умывать зайчишку.
С помощью сына я очистил с век беляка засохший гной и грязь, промыл глаза и наш слепец — вот радость — прозрел! Зверёк удивлённо таращил глаза, перестал верещать и царапаться, и только всё ещё мелко дрожал. На ночь мы поместили зайца в сарае, дали ему капустных листьев, морковки, налили молока.
— Ешь, поправляйся, — радостно сказал Володя, запирая дверь. Утром сынишка отнёс его в школу.
КРЫЛАТЫЕ НЕВОЛЬНИКИ
Памяти деда — Ивана Дмитриевича Калачёва
Зимним воскресным утром я отправился на птичий базар: хотел купить там пару кроликов.
Птичий базар — особый. Он расположился на пустыре за городом. Люди сюда приходят в ранние часы и только по воскресеньям.






