ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Золото нацистов. Его искали много лет — но безуспешно. Сокровища давно сочли исчезнувшими бесследно. Но теперь из музея похищена шифровальная машина времен Второй мировой войны «Энигма». Том Кирк, некогда знаменитый вор, теперь занимающийся расследованиями загадочных преступлений, понимает — именно «Энигма» может стать для похитителей первым шагом к пропавшему золоту. Значит, он обязан предугадать их следующий ход! It is a secret that has been hidden for more than a half century... The clues have been scattered across the globe. Now someone has begun to piece them together - and the future of the world depends on his being stopped in time. In Maryland, a vicious gang breaks into the National Cryptologic Museum and steals a Nazi Enigma machine. In a London hospital, an Auschwitz survivor is murdered in his bed, his killers making off with a macabre trophy - his severed left arm. In Prague, a seemingly worthless painting is stolen from a synagogue. Three cities. Three puzzling thefts. Could there possibly be a connection? When former art thief Tom Kirk is first asked to investigate, the Prague theft certainly seems unremarkable enough - until the stolen painting turns up alongside the amputated human arm. As Tom digs deeper into the past, both items appear to be elements in an elaborate trail of clues laid down in the dying days of the Third Reich by a secret order of SS knights - clues that stretch from the remote mountains of Idaho to the snowy streets of St. Petersburg and ultimately lead to a fabled treasure lost in the ashes of war. Spurred on by the sinister light of the Black Sun emblem, ghosts from his past, and the poisonous manipulations of a deadly enemy, Tom finds himself trapped in a situation where the greatest prize of all is life itself - and not just his own...

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Несколько лет назад совету удалось выйти на след Ламмерса и заставить его говорить, К сожалению, его сердце не выдержало прежде, чем он раскрыл местонахождение крипты или тот факт, что картина оказалась в Эрмитаже. Единственное, что мы знали о Беккере, — это то, что он проживает где-то в Великобритании. Но под каким именем — мы не знали.

— А зачем вам надо было раскапывать главный вход, когда вы могли проникнуть сюда через тот, которым воспользовались мы, и в два раза быстрее? — спросил Арчи.

— Кроме того, что грузовики — на тот случай, если придется вывозить отсюда что-то крупногабаритное, — могли подъехать сюда только через главный туннель? Это просто. Три дня назад, когда мы прибыли сюда, я еще не знал о существовании другого входа. Мой дядя сообщил о наличии только одного входа — главного, через который с его помощью пригнали сюда вагоны. О существовании второго входа, которым воспользовались вы, свидетельствовала лишь надпись на картине, вероятно, орден считал, что таким образом сюда будет легче добраться. Когда Иоганн появился здесь — одновременно с вами — и сообщил мне о вашей находке, я решил на время оставить вас в покое. Это был способ отвлечь ваше внимание и сделать так, чтобы вы нам не мешали.

— Совет никогда и ни за что не простит тебе этого, — твердо проговорил Том, — как только они узнают, на что ты решился, они сделают все, что в их силах, чтобы остановить тебя.

— Какой совет? Вот этот, что ли? — Фельц сунул руку в карман и вытащил пригоршню золотых колец, а затем презрительно швырнул их на пол. Это были совершенно одинаковые кольца с гравировкой: решетка о двенадцати клетках, и в одной из них — бриллиант. — Досадно, черт возьми. Хотел бы я видеть их лица, когда б они узнали, что я принес человечеству новый мировой порядок, который не оставит камня на камне от того, с чем они боролись на протяжении последних шестидесяти лет. Час «Хрустального клинка» настал!

Глава 95

11 января, 19.02

Гехт отвел их под дулом автомата в малый туннель, наскоро связал им руки пластиковыми лентами и повалил на землю. Ренуик пытался сопротивляться, но получил прикладом в живот и плашмя по плечу и рухнул как подкошенный. Земля была холодной, и Том ощущал с каждым ударом сердца тупую боль в раненом плече.

— Я не прощу тебе предательства, Гехт, — процедил Ренуик сквозь стиснутые зубы, — ты мне за все заплатишь.

— Сомневаюсь, Кассиус, — хмыкнул Гехт, — в следующий раз, когда я нажму на кнопку, она сработает, — он издевательски повертел пультом ДУ перед носом Ренуика, — и когда это произойдет, ты со своими дружками окажешься в эпицентре.

Он ударил Ренуика кулаком в висок и массивным перстнем рассек кожу у того над ухом. Из раны хлынула кровь.