Это экстремистская группировка, в какой-то степени связанная с Национал-демократической партией Германии, или НДПГ, самая активная неонацистская политическая группировка в Германии. Возглавляет их предположительно некий Дмитрий Мюллер, бывший капитан германской армии, хотя тех, кто мог бы это подтвердить, пока не находилось.
Том пожал плечами:
— Ну и что?
— А то, что это не рядовые скинхеды, которые по выходным от безделья слоняются по окрестностям и ищут, кому бы набить морду. Это серьезная полувоенная организация, члены которой верят, что они продолжают вести войну, которая для нас с вами закончилась в 1945-м.
— Отсюда и название? — скорее утвердительно, чем вопросительно сказал Том.
— Совершенно верно, — подтвердил Тернбул. — «Хрустальный клинок», вероятно, в память о «кристал нахт» — так называемой Хрустальной ночи 9 ноября 1938-го, когда приспешники нацистов в Германии и Австрии били витрины и громили принадлежавшие евреям магазины. Раньше эта публика зарабатывала в основном наемными убийствами по ту сторону «железного» занавеса. Теперь они занялись наркотиками, рэкетом и подозреваются в участии в террористических актах, направленных главным образом против еврейских общин в Германии и Австрии.
— Как я и сказал, я о них никогда не слышал.
Тернбул и бровью не повел.
— Десять дней назад двое мужчин проникли в больницу Святого Фомы и убили трех человек. Двое из них были из больничного персонала; мы предполагаем, что они стали свидетелями. Третьего звали Андреас Вайссман, он бывший узник Аушвица, переехал сюда после войны. Ему был восемьдесят один год. — По-прежнему не понимая, к чему клонит Тернбул и какое все это имеет к ним отношение, Том предпочел промолчать. — Когда Вайссман был еще жив, ему отрезали левую руку. Он умер от сердечного приступа.
— Что-что? — встрепенулся Арчи.
— Отрезали руку. Левую, по локоть.
— Какого черта они это сделали? — спросил Том.
— Вот здесь-то нам и нужна ваша помощь, — улыбнулся Тернбул, показывая наползающие друг на друга кривые зубы.
— Наша помощь? — удивленно нахмурился Том. — Я об этом ничего не знаю.
Машина повернула за угол, и их слегка качнуло.
— Я так и знал, что вы это скажете, — с готовностью кивнул Тернбул, извлекая из кармана фотографию. — Эти двое унесли пленку из ординаторской, но другая камера все-таки хорошо рассмотрела одного из них.
Он протянул им снимок, они внимательно рассмотрели фотографию и покачали головами.
— Не знаю такого, — сказал Арчи.
— Никогда его не видел, — поддержал Том.
— Да, но мы его знаем, — продолжал Тернбул. — Через него мы и вышли на «Хрустальный клинок». Его зовут Иоганн Гехт. Он в этой организации полковник и одна из ключевых фигур.






