ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Действие романа о вампирах «Беги» разворачивается в двух временах: 2010-х годах и уже 2035-м – от момента, когда апокалиптические события замечали лишь немногие, к тем временам, когда оставшееся эволюционирующее общество отчаянно борется за свое выживание. Это общество претерпело раскол: одни превратились в послушный скот, другие осознали себя повстанцами, а третьи стали прятаться по лесам. Впрочем, существование в лесу лишь вопрос времени, очень скоро человеческому виду предстоит окончательно разделиться на два вида: отживших свое слабых трусов и утративших страх революционеров. Главная героиня на себе ощутила, как изменилось человечество, она страдает и борется, пытаясь осознать происходящие перемены в целом и себя как часть этих событий. Громко отрекаясь от желания помнить, любить, рефлексировать, она неизбежно нащупывает нравственный путь и смысл своего существования, казалось бы, в проигранной битве. «Кто такие вампиры – кара Господня или неизбежные условия эволюции вида?», «Почему так важно победить страх, чтобы продолжить жизнь на земле?», «Как спасти будущее, в котором мне уже нет места?» – такими вопросами задается Она, вступая в неравную схватку с другом детства, ставшим вампиром, – и схватке этой, разумеется, имя – любовь.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Севе было больно! Ему было больно, потому что он только что подписал договор о капитуляции и обращенных, и древних. Он бросил вызов Рите и всем вампирам в ее лице. Этот выбор сделала не я его сделал Сева! Выбор, который позволит людям встать на ноги, принять бой. Выбор, благодаря которому, те, кто растет нам на смену, больше не побегут. Впредь люди никогда не будут бегать от вампиров, и прятаться в лесах. А еще он подписал себе смертный приговор – и знал об этом.

– Сева?

– Да, милая?

– Мы понятия не имеем, по каким законам суждено вращаться этому миру – не мы их устанавливаем. Но для себя мы решили, что хорошо, а что плохо?

– Мы решили.

Свет ненадолго погас, затем перед моими глазами снова воцарился знакомый пейзаж: поросшие камышом своды реки, розовеющие стены Третьяковской галереи за рекой и мой дом.

«Ну что ж, значит, это еще не все».

Поморщившись от боли, с которой я начала постепенно свыкаться, я перебралась в плот и медленно поплыла в сторону Терехово. Солнце играло на чистой поверхности Яузы, улыбались каменными сводами старинные особняки, небо сияло яркой весенней голубизной. Мне так казалось.

Добравшись до острова, я не спеша направилась к Храму. Первым делом мне нужно было увидеть Давида, я чувствовала, что у меня оставалось совсем немного времени. Подойдя к калитке со стороны Дома Притчи, я пересекла небольшой сад. Я не знала, где он сейчас, может быть, даже на занятиях, тогда я бы стала ждать его, не входя в помещение. Мне было душно, мутило, нижняя часть живота словно налилась свинцом, и хотелось сесть. Неожиданно, огибая деревянную стену сруба, я наткнулась на Елочку. Она бежала по тропинке в льняной робе – белокурая, голубоглазая, со смеющимся лицом.

– Она! Она! – бросилась ко мне девочка, обнимая за шею. Я расцепила ее руки, свела вместе и поцеловала маленькие пальцы. Она смотрела на меня зачарованно, словно получила неожиданный подарок.

– Расскажи мне, где ты была?

Она схватила меня за руку и тянула к скамье, стоящей неподалеку под разросшимся кустом сирени. Мы сели, и Елочка, не спуская с меня глаз, ждала, когда я начну рассказывать о своих приключениях. Но у меня ком стоял в горле от одного ее вида. Больно терять кого-то одного из близких, но куда больнее терять их всех. Я смотрела в ее глаза и видела в них себя, видела своих подруг и сестру, всех, кто был до нее, и всех, кто от нее родится в будущем.

– Елик, милая, не мучай меня. Я так устала. Расскажи лучше, откуда ты бежишь?

– С занятий. Она, не могла бы ты со мной немного потренироваться? Мне кажется, я самая слабая из детей!

– Не страшно, ангел мой. Твоя сила не в крепких руках, твоя сила в мудрости, воле, в любви. Твоя сила – это Давид. Ты же знаешь об этом?

Вместо ответа она снова кинулась мне на шею и обняла.