ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Тэффи считала сборник «Ведьма», вышедший в 1936 году, самой удачной своей книгой. На его страницах оживают ведьмы и лешие, домовые и русалки, водяные и оборотни, а также другие персонажи древних славянских мифов, сказок, легенд, преданий, поверий и обычаев, услышанных писательницей в детстве, которое она провела в русской провинции. Рассказаны все эти истории с присущими Тэффи теплотой, душевностью, искренностью и юмором, а и без того выразительный язык, изысканность которого отмечали Бунин, Куприн и Мережковский, в «Ведьме» достигает своего пика. В данное издание вошли «Домовой», «Лешачиха», «Русалка», «Чудит» и другие рассказы из сборника «Ведьма», избранные рассказы из книги «Неживой зверь», а также другие истории.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тогда подошли оставшиеся из отряда и вынули стрелы. Стражник же, приложив к губам звонкий рог, протрубил два раза. И раскрылись медные ворота, увидели химиары несметное войско и всадников на верблюдах и на ослах и не стали ждать, чтобы стражник приложил в третий раз звонкий рог к своим губам.

На чужой земле остались только те, кто пал от быстрого бега.

Химиары поняли, что через горы им перейти нельзя.

А Шамаш поднимался каждый день все яростнее; слуга его – горячий ветер – уже сыпал песок в траву и источники. Все отчаяннее неистовствовали на рассвете безумные псиллы, когда испуганные химиары, закрыв головы руками, чтобы не видеть и не слышать и не знать ничего, призывали того, который «один все может!»

– И мы твои! – кричали они, касаясь губами раскаленного песка.

Рассказы о прекрасной стране, защищенной горами от ветра пустыни, жили среди истомленных химиаров.

– В такой стране хорошо быть даже рабом, – повторяли многие.

Стали говорить, что нельзя оставлять неотомщенными трупы товарищей. Многие видели уже Саду – птицу мести с мертвыми глазами. Она кружится в полночь над селением и просит крови и кричит: «Эскуни!» – Дайте пить!

Гадательница Арраф плясала вокруг священного камня и, плеская воду из каменного кувшина, поила звезды и спрашивала их, что нужно сделать. Звезды стали гаснуть. Остались только те, которые указывали путь на Неджадские горы к прекрасной земле.

Тогда выбрала Арраф шестнадцать юношей, слышавших крик птицы Сады, и сама повела их на горы, чтобы отомстить убийцам.

И никто из них не вернулся.

Уже много прошло времени, когда юноша из царского рода один вызвался идти и узнать о судьбе сгинувших.

Он вернулся в великом стыде и смятении и рассказал, как пробрался к городу и, укрывшись, следил и увидел, как шестнадцать химиарских юношей, впряженных в большую колесницу, везли камни для постройки чужого храма. А ночью зазвенели на стенах арфы и вышла гадательница Арраф и с факелом в руках плясала перед кем-то огромным, лежащим на золотом ложе.

И, слушая рассказ его, вспоминали химиары, как говорили ушедшие: «В такой стране хорошо быть даже рабом!» И поняли, что измена увела их от родного племени и страх пред пустыней.

И снова взывали к Шамашу, касаясь губами горячего песка.

А в часы отдыха, кто клал голову на землю, слышал, как шуршал гонимый ветром песок.

– Пустыня дышит!

– Дышит горячая!

– Идет горячая!

Но вот Великий Шамаш оказал милость химиарам.

Каждый вечер он уходил вниз к сухим тростникам заглохшей реки и там оставался всю ночь. Но вот раз ночью раздвинул он тростники и вышел из них в могучем образе бога Ягута, с рыжею гривой и зелеными глазами.