ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сборник рассказов Марата Гизатулина – веселых, смешных и печальных одновременно, порой трагических, охватывающих разные периоды его жизни: Чирчик, где прошло его детство – Москва – Лимассол (Кипр). А главное – искренних, когда веришь каждому слову.Рассказ «Он позвонил», входящий в этот сборник, был ранее опубликован отдельным изданием. Книга содержит нецензурную брань. Книголюб Марат Гизатулин Сборник рассказов Марата Гизатулина – веселых, смешных и печальных одновременно, порой трагических, охватывающих разные периоды его жизни: Чирчик, где прошло его детство – Москва – Лимассол (Кипр). А главное – искренних, когда веришь каждому слову.Рассказ «Он позвонил», входящий в этот сборник, был ранее опубликован отдельным изданием. Книга содержит нецензурную брань. Книголюб Марат Гизатулин Редактор Наталья Владимировна Торбенкова Редактор Леонид Александрович Соколов Тех. редактор Сергей Сергеевич Весёлый Иллюстратор Игорь Меглицкий © Марат Гизатулин, 2025 © Игорь Меглицкий, иллюстрации, 2025 ISBN 978-5-0065-4391-1 Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero Принтер Боже, как же трудно жить! С этим научно-техническим прогрессом, будь он неладен, утром просыпаться страшно! Что они там ещё сегодня придумают? Раньше бывало соберёшь ведро вишни, и бутылка лимонада тебе обеспечена, а, если повезёт, то и портвешок может перепасть. Совсем, казалось бы, недавно я гордился тем, что калькулятором умею пользоваться, а нынче без специального образования к обычной картофелечистке не п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Тётя книголюба относилась к нему не просто хорошо, а старалась даже лучше, чем к своим детям. Но даже она не выдержала капризов своей малышки:

– Ну, дай ты ей посмотреть свою книжку, ничего она с ней не сделает!

– Нет, она её порвёт!

– Да не порвёт же, нет, она только посмотрит!

Она порвала её сразу, даже смотреть не стала. И тут с книголюбом, обычно спокойным и дружелюбным ребёнком, редко плакавшим, приключилась настоящая истерика. Всполошилась вся семья. Тетя кричала, что она заклеит книгу так, что даже видно не будет. А я кричал, задыхаясь:

– Не надо!!! Не надо мне больше этой книги!!!

Муж тёти кричал, что сейчас же побежит и купит племяннику такую же новую книгу. Она будет даже лучше, не такая затрёпанная.

– Нет!!! Не надо мне больше никакой другой книги!

Всё смешалось в доме Облонских, и только маленькая виновница переполоха недоумевающе хлопала своими круглыми чёрными глазёнками, пытаясь улыбаться то одному, то другому члену семьи.

…Через пару лет приехали родители придирчивого книголюба, забрали его к себе и родили ему родную сестрёнку. Семье нашей быстро дали квартиру в новом доме в новом микрорайоне, и даже библиотека там была. Родители были очень заняты по работе и не уследили, как старшенький их к библиотеке лыжи наладил.

Не забыть мне того праздничного настроения, с которым впервые перешагнул я порог библиотеки. Всё здесь было волшебное – бесконечные стеллажи книг, освещение и даже запах.

Но меня сначала не хотели записывать – не уверены были, что я уже умею читать. Я заволновался:

– Как же так?! Я очень хочу «Волшебника Изумрудного города»!

«Волшебник» был весь на руках, и мне предложили другую книжку, которой я обрадовался не так сильно, но всё равно, как некоторые нынешние мои современники обрадовались бы дозе героина.

Через месяц я прочитал все книги в детском отделе, и библиотекарши, с ужасом в глазах встречавшие мои чуть не ежедневные появления, были вынуждены перевести меня во взрослый отдел.

Книги я носил тяжеленными авоськами – деморализованные библиотекари специально для меня отменили лимит одноразового забора. Сначала я читал чуть ли не всё подряд, особенно про советских партизан и разведчиков, ведь Жюля Верна, Гулливера и Робинзона в библиотеке было мало. И всё равно каждая новая книга для меня была праздником!

У себя в комнате я прятал книжки в разных местах, как нынешний мой современник прячет свои дозы. Потому что родители пытались бороться с моим нездоровым пристрастием. Справедливости ради надо заметить, что они не по глупости считали моё увлечение нездоровым, окулисты тоже не одобряли такой прыти в чтении книг – мои глаза надо было беречь.