ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Время продолжить прерванный путь.... Инфер-10 Руслан Михайлов Время продолжить прерванный путь.... Инфер-10 Глава 1 Дем Михайлов Инфер-10 Глава первая. Вонь бессмертия. Да. Именно оно. Вонь именно этого статуса, этого состояния, столь неестественного для всего живого, обязанного иметь свой лимит бытия — вот чем вдруг завоняло вокруг меня. Бессмертие. Именно вонь этого состояния, способного разложить на атомы и аннигилировать любую силу воли, я внезапно ощутил и не сразу опознал, хотя прежде не раз сталкивался с тусклым отблеском этой хрени, поблескивающей в чужих богатых глазах. И эта сладкая подлая вонь бессмертия исходила от моей собственной задницы, отлично смешиваясь с выходящим оттуда же дерьмом, пока я сидел на корточках на краю крыши наполовину затопленной высотки, откуда открывался прекрасный вид на утонувший город и тужился, старательно исторгая из себя переваренные останки вчера пойманной и тогда же жадно сожранной рыбы. И виноват во внезапно окутавшей меня и существующей лишь в моем сознании вони был разрушенный затопленный город. Просто я узнал этот город. Опознал его очертания. Пока я сидел на краю крыши и смотрел вниз, удобряя корни опасно склонившейся над бездной пальмы, глаза лениво скользили по некогда урбанистической панораме и в какой-то момент ломанные линии, образованные руинированными зданиями, сложились в привыкшем делать наброски полевых карт мозгу определенным образом, после чего прозвучал отчетливый щелчок и я узнал это место. И даже увидел его таким

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Руки и ноги остервенело работали, но зачем — этого я не знал…

Что я вообще делаю? Где я?

Комариный писк в ушах перерос в оглушительный вой, чернота вокруг осветилась фейерверком в глазах, вдруг посерела, посветлела и… я вынырнул, ощутил это лишь на инстинктах, пока тонущий в углекислоте мозг медленно крошился внутри черепа, сделал несколько жадных глотков воздуха и… осознал себя достаточно, чтобы придушенно заорать, подзывая идущую мимо длинную лодку.

Загорелые до черноты полуголые парни среагировали мгновенно и оказались рядом в считанные секунды. Крепкие руки работяг выдернули меня наверх и, сжимая что-то в кулаке, я рухнул на дно лодки. Глянул на ладонь, увидел обмотавшую её веревку, вспомнил и захрипел, тыча ей в склонившиеся надо мной лица. Те вроде поняли, сдернули веревку, начали быстро выбирать из воды в четыре руки, пока я с хрипами трясся на дне лодки под лучами палящего солнца.

Изумленные вопли… и в лодку одно за другим валятся три привязанных к веревке мертвых тела. С хрипом поднявшись, я с размаху бью ближайшее по щеке. Мотнувшаяся на шее голова ударилась о скамью, а я навалился на труп сверху, надавил на грудь… и меня оттолкнули в сторону. Сверкнули навахи, веревки за секунды были разрезаны, тела встряхнуты, вялые рты разжаты, животы вдавлены и… наружу хлынула вода.

Усевшись, я пытался понять, сколько мы пробыли без кислорода, но мозг буксовал. Похоже, этого я не узнаю никогда…

Но помню, как добравшись до очередного тупика, когда Шейна вылезла из сдохшего Клоуна и упала на пол, я понял, что это финал нашего путешествия. И дальше либо вверх — либо в смерть. Смотать с экза веревку, связать всех, проорать по два раза что им следует делать, когда внутрь хлынет вода, я сбросил с себя все оружие, отжал запоры на перекошенной двери, с сочащейся из косяка водой и… выбил ее, позволяя океану зайти в гости. Терять нам было уже нечего — уловка с маяком сбила их со следа ненадолго, что позволило нам оторваться, вот только все доступные маршруты схлопнулись до единственного возможного и все превратилось в забег почти по прямой…

Первой закашляла златовласка, скорчившись на дне лодки, хрипя, пуча глаза и блюя. Следующим «завелся» декламатор. А Шейна… она просто лежала, глядя мертвыми глазами на меня.

Дерьмо…

Поднявшись, я оттолкнул выпрямившегося лодочника, рухнул рядом с тупой девкой и, встряхнув её как половую тряпку, бросил на край борта животом, навалился сверху. И еще раз. Из открытого рта хлынула струя воды, потом еще одна. Мне кинулись помогать, уложив ее опять на дно и повторив все реанимационно-сексуальные мероприятия с самого начала: вытягивание языка, нажимное лапанье сисек, слюнявые лобзания и наконец-то послышался ее хриплый кашель.