ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война, предательство, победы и любовь. Далёкое прошлое. Морской офицер Российской империи умирает и попадает в тело родившегося бастарда в конец шестнадцатого века. Российское царство на пороге Смуты, а Европа накануне Тридцатилетней войны. Главный герой мечтает построить справедливое государство, но история идёт не так, как он планирует. Потоп Андрей Шопперт Война, предательство, победы и любовь. Далёкое прошлое. Морской офицер Российской империи умирает и попадает в тело родившегося бастарда в конец шестнадцатого века. Российское царство на пороге Смуты, а Европа накануне Тридцатилетней войны. Главный герой мечтает построить справедливое государство, но история идёт не так, как он планирует. Бастард. Книга третья. Потоп Глава 1 Кот из дома, мыши в пляс. Пословица. Место действия: Москва. Время действия: январь 1614 года. Виктор Первый, российский царь, попаданец. Я, Владимир Неупокоев, в прошлой жизни был офицером Российского Императорского флота. Не паркетным гвардейцем, а командиром корабля. Во время русско-японской войны дважды находился в госпитале. В первый раз по ранению, а второй раз, «от помешательства», когда перед строем экипажа моего корабля, я снял с себя погоны, в знак несогласия с экзекуцией моих моряков властями Владивостокской крепости. Вот и сейчас я на излечении, но на три века ранее, чем тогда. Как я попал в Смутное время? А вот и не знаю. Для чего? Догадываюсь. Чтобы изменить ход истории. За два десятилетия, что я здесь, история России, да и всего мира и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Только воспитательница Дарья Кирова защищала этих влюблённых. А потом мы с Дайченом были на войне. Под Вязьмой половину нашей батареи порубила имперская конница. Мой друг получил тогда Георгиевский Крест, а я из фендриков был произведён в штык-юнкеры. Точнее в стик-юнкеры, но русские делопроизводители переделали шведское звание в более привычное для русского уха…

Кажется, что много после Вязьмы воды утекло, а прошло всего полтора года. Я закончил училище и вошёл в группу по работе над ракетами. У нас были действующие образцы из Майсура. Эти индийские ракеты, привязанные к шесту, были длиной чуть больше ладони.

Они несли устрашающий и зажигательный эффект, но слабо поражали живую силу противника. Нам предстояло создать более крупные ракеты.

За несколько месяцев мы сделали 3-фунтовые(как в оригинале), 6-фунтовые и даже 12-фунтовые ракеты с дальностью полёта до одной мили(около двух километров). Точность приземления у ракет была очень низкой и Государь посоветовал нам ввинтить шест-стабилизатор посередине боевого заряда. Теперь большинство ракет попадали в квадрат сто на сто саженей. Это позволяли использовать ракеты для стрельбы по крупным целям. Государь забрал все готовые ракеты(около двухсот штук) на флагманский корабль, верхней батареей которого я и командовал. Я пару месяцев назад получил звание поручика артиллерии, которое на корабле соответствовало званию лейтенанта.

Задачу нашей эскадры на этот год царь озвучил ещё в Гавре — прорваться в Средиземное море и проредить там испанский флот, а заодно и их союзников(Венеция, Генуя, Сицилия и Неаполь). Глядя на нашу немногочисленную эскадру, она кажется невыполнимой(четыре фрегата(42п), три баркентины(24п), пять флейтов(20п)). Но повезло, что Англия задумала в это же время вырвать Португалию из лап испанских Габсбургов, высадив там пятитысячный десант. Вместе с нами на юг пошли полсотни английских транспортов, десяток военных галеонов, а самое главное три новых больших корабля, которые наш царь Виктор назвал линейными. Народу на их самом большом корабле больше тысячи — семьсот человек экипажа и больше трёх сотен солдат десанта. Сто две пушки на трёх палубах «Повелителя морей» выглядят очень грозно. Любой корабль, что попадёт под бортовой залп этой махины, будет сильно повреждён. Правда, гигант так же неповоротлив, как и большие галеоны. Говорят, что способен разогнаться с хорошим ветром до семи узлов, как наши «длинные галеоны» — флейты. У нашей эскадры самый медленный фрегат может выдать девять узлов, а самая быстрая баркентина и все четырнадцать(26 км/ч). Так что, нас в открытом море этот «Повелитель морей» не догонит.