ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Война, предательство, победы и любовь. Далёкое прошлое. Морской офицер Российской империи умирает и попадает в тело родившегося бастарда в конец шестнадцатого века. Российское царство на пороге Смуты, а Европа накануне Тридцатилетней войны. Главный герой мечтает построить справедливое государство, но история идёт не так, как он планирует. Потоп Андрей Шопперт Война, предательство, победы и любовь. Далёкое прошлое. Морской офицер Российской империи умирает и попадает в тело родившегося бастарда в конец шестнадцатого века. Российское царство на пороге Смуты, а Европа накануне Тридцатилетней войны. Главный герой мечтает построить справедливое государство, но история идёт не так, как он планирует. Бастард. Книга третья. Потоп Глава 1 Кот из дома, мыши в пляс. Пословица. Место действия: Москва. Время действия: январь 1614 года. Виктор Первый, российский царь, попаданец. Я, Владимир Неупокоев, в прошлой жизни был офицером Российского Императорского флота. Не паркетным гвардейцем, а командиром корабля. Во время русско-японской войны дважды находился в госпитале. В первый раз по ранению, а второй раз, «от помешательства», когда перед строем экипажа моего корабля, я снял с себя погоны, в знак несогласия с экзекуцией моих моряков властями Владивостокской крепости. Вот и сейчас я на излечении, но на три века ранее, чем тогда. Как я попал в Смутное время? А вот и не знаю. Для чего? Догадываюсь. Чтобы изменить ход истории. За два десятилетия, что я здесь, история России, да и всего мира и

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Даже из Китая способ изготовления шёлка украли…

И в чём проблема? — спросят меня другие люди, — Бери эту винтовку и капсюли на поле боя, и делай копию. Вся беда в том, что оборудование для стволовой мастерской очень сложное, а горючий материал для капсюля ох как непрост в изготовлении.

Короче, делаем в Туле пока по двадцать винтовок в месяц. Задание Государя на следующий год — сто штук в месяц. Ему нужно за пару лет всех егерей винтовками вооружить. Вот тогда и начнётся потеха. Егеря с орлиным взором смогут за тысячу шагов выбивать цели: генералов и офицеров, канониров и крылатых гусар. Царь сам пробовал стрелять на такое расстояние. Из десяти выстрелов в нарисованную на заборе фигуру попал два раза. А его егеря-охранники по шесть-семь раз из десяти. Но то не на поле боя и в безветренную погоду. Хотя, и на поле битвы не всегда ветер гуляет. Вот тогда длинные витые винтовочные пули и соберут в стане врага свою кровавую жатву.

Захожу в Торговых рядах в купеческую лавку покупаю фунт кофе. Молодой приказчик долго считает сумму. Я нервно улыбаюсь, стараясь не выйти из себя после тяжёлого дня. Выходит купец, кланяется, узнав, и, увидев такое, говорит парню, отбирая счёты:

— Всё! Свободен! Увольняю без оплаты!

Я развожу руки:

— Зачем же так жестоко? Он же молодой. Ещё научится.

Купец подмигивает мне, дав приказчику леща:

— Да шучу я так. Сын это мой. Шучу…

Место действия:

Виго(Испания)

.

Время действия: май 1616 года.

Виктор Первый, российский царь, попаданец.

Почти догнали! Мы почти догнали «серебряный» флот… Впрочем, обо всём по порядку.

Под Кадисом в феврале мы добыли сведения, что в апреле-мае в Кадис или в Виго прибудет «серебряный» флот из Нового света. Миллионы серебряных монет, как минимум, несколько сундуков с золотом и драгоценными камнями. Это было примерно половина годового бюджета России. Грех было упускать такой куш. Мы собрали на складах у близлежащих портов всё что было можно и дежурили вместе с англичанами у Азорских островов, которые обычно «серебряный» флот посещает перед прибытием в Кадис. Но испанцы, шедшие на Азоры, как то узнали о нашем присутствии и пошли на север в Виго. Наша патрульная баркентина, увидев в пятидесяти милях от островов их удаляющуюся эскадру, сообщила по прибытии и мы бросились в погоню. Почти настигли перед портом Виго. Англичане безнадёжно отстали.

Во время погони я в свободное время развлекался разговорами с пленником-писателем Лопе де Вега. Этот офицер попал к нам на одном из сдавшихся нам в плен кораблей. Я согласился отпустить его за копию пьесы «Собака садовника»(Собака на сене) и за рукописный рассказ по истории Испании. Лопе де Вега согласился сделать копию пьесы и написать исторический очерк так как хорошо знал историю Реконкисты.