ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

На тихом острове посреди Седого Моря творятся страшные вещи. Черные тучи окутывают крохотный городишко, из приюта пропадают воспитанники, а за улыбками добродушных горожан прячутся жуткие тайны. А на соседнем острове, среди мрачных скал и пронизывающего ветра, притаился тот, чьи силы никак не проснутся. Старая ведунья сказала, что это случится здесь, среди скал, но не сказала как. И ни словом не обмолвилась про ту, что выйдет из морской пены. Не предупредила, что однажды без нее жизнь станет не мила. И что только ей по силам вылечить проклятье древнего рода.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Чтобы срезать путь, мы свернули в узкий неказистый переулок, с обоих сторон зажатый двухэтажными жилыми домами. От одного взгляда на обшарпанные стены с облупившейся бежевой краской становилось еще жарче. Они напоминали высохший песок.

— Матушка Тэмми, — тихо позвала я, — как вы думаете, почему этим летом такая жара? Столько лет все прекрасно было, а теперь что-то испортилось?

— Глупости не говори! Погода на то и погода, чтобы преподносить неприятные сюрпризы, — она раздраженно отмахнулась от меня и, глухо цокая толстыми каблуками, пошла дальше.

Я же набралась смелости и задала еще один вопрос:

— Почему тогда в городе все говорят и смотрят так, будто это наша вина? — Матушка резко остановилась, и я, не успев притормозить, врезалась груженой корзиной ей в спину, — простите.

— Растяпа! Без ужина останешься! — резкими, нервными движениями она стряхнула соринки с платья, после чего взглянув на меня так, что я мигом растеряла все слова, — а говорят они так из-за глупости. А еще, потому что свинье неблагодарные!

Сказала и дальше пошла. Я же собрала с земли свалившиеся свертки, вернула их обратно в корзину и отправилась следом. И хотя я так и не поняла, почему жители Брейви-Бэй были неблагодарными свиньями, желание задавать вопросы исчезло. Ужина меня уже лишили, и я не хотела остаться еще и без завтрака.

Над городом снова раздался тяжелый раскат грома, от которого зазвенели стекла в домах. Тэмми лишь на миг замедлилась, но потом сжала кулаки и продолжила путь. При этом ее спина стала еще прямее. Я же шла, сгибаясь под тяжестью ноши, и молилась о том, что бы зловещие тучи, наконец, разродились дождем. Между лопаток противно стекали капли пота. Чуть ниже, на пояснице, легкое платье прилипло к коже, вызывая непреодолимое желание почесать.

Как же хотелось сходить на пруд! Окунуться с головой и проплыть без остановки несколько кругов. И хотя вода давно стала как парное молоко и не приносила желанной прохлады, все равно одна мысль о купании вызывала улыбку.

Мы добрались до последней лавки, в которой продавались пуговицы, скрепки, а еще бракованные отрезы — тут Матушка покупала ткань для пошива одежды для сирот.

— Подожди здесь, — глухо обронила она и зашла внутрь, а я осталась на крыльце и, тяжело опустив корзину на верхнюю ступень, села рядом.

Ненавижу ходить с Тэмми в город! Каждый раз, когда мне выпадает эта сомнительная честь, я возвращаюсь в приют с содранными ладонями и болью в спине. И непременно без ужина, потому что провести с Матушкой несколько часов и не получить наказания — попросту невозможно.

Мне уже хотелось есть, и, как назло, из корзины доносился сладкий аромат малиновых пирогов. Это лакомство Матушка покупала исключительно для себя.