Но это… это оставляет меня в некотором замешательстве. Как будто я потеряла часть своего предназначения.
Брианна говорит так же беспечно, как и всегда, — она никогда не была склонна к глубоким, эмоциональным разговорам — но ее слова все равно ранят меня в самое сердце.
Я издаю тихий всхлипывающий звук и подхожу, чтобы обнять ее.
— Ты всегда будешь нужна мне, Брианна. Даже не смей думать иначе.
Она обнимает меня в ответ и задерживает объятия дольше, чем я ожидала.
— Знаю. Но теперь все по-другому. Так и должно быть.
— Я понимаю. Но ты всегда будешь моей семьей. Самой важной. Просто теперь у меня вас двое, а ты не одна.
— Совершенно верно, — она отстраняется, улыбаясь своей прежней улыбкой. — Сейчас я уйду, а ты возвращайся в постель. У тебя есть еще как минимум час, чтобы поспать.
— Будь осторожна там.
Открывая входную дверь, она оборачивается через плечо, демонстрируя ямочку на щеке.
— Я всегда осторожна.
***
Когда я возвращаюсь в спальню, Коул уже проснулся. Он все еще лежит на своей половине кровати, откинув одеяло, но его глаза открыты, и он внимательно наблюдает за мной в темной комнате. Обычно он встает одновременно со мной. Его утренние смены на охране периметра или в строительной бригаде начинаются в то же время, что и мои смены на рыбалке или в саду.
Здесь у нас установился хороший распорядок дня. Он планирует в конце концов вернуться на юг, чтобы проверить цитадель банды и, возможно, найти своего брата, но пока не готов к этому.
Я планирую пойти с ним, когда он отправится туда.
— Ты в порядке? — спрашивает Коул.
— Да. Просто повидалась с Брианной перед ее уходом, — я забираюсь под одеяло рядом с ним.
— С ней все в порядке?
— Думаю, да. Она снова стала собой. Думаю, ей будет тяжело. Что мы теперь вместе.
Он хмурится и притягивает меня ближе.
— Я все еще ей не нравлюсь? Я думал, она немного смягчилась.
— Ты ей нравишься. Она полностью поддерживает меня. Просто сейчас все по-другому. Между ней и мной. Потому что у меня есть ты.
— Да. Думаю, в этом есть смысл, — он оставляет пару поцелуев на моих волосах. — Я могу что-нибудь сделать?
— Нет. Нам всем потребуется некоторое время, чтобы привыкнуть, но она бы очень разозлилась, если бы подумала, что мы как-то меняем свое поведение, просто чтобы защитить ее чувства, — я приподнимаюсь, чтобы расположиться над ним, и улыбаюсь ему сверху вниз. — Кроме того, я не очень-то хочу, чтобы ты отступал.
Он тоже улыбается, теперь уже тепло, мягко и знакомо.
— У тебя больше шансов остановить вращение мира, чем заставить меня отступить от тебя теперь, когда ты моя, — он притягивает меня к себе, так что я седлаю его бедра.
— А ты мой. Не забывай об этом.






