— Вам с сестрой здесь должно быть хорошо. Кажется, безопасно.
Я киваю.
— Я не могу остаться, — я не совсем понимаю, почему Коул повторяет эти слова, но его голос становится немного хриплым, когда он произносит их снова.
— Да. Я знаю. Постарайся беречь себя там.
— Само собой.
Мы долго смотрим друг на друга, ни один из нас не произносит ни слова.
У меня нет абсолютно никакого права разочаровываться — чувствовать себя такой раздавленной, как сейчас. Он никогда не обещал быть рядом. Он даже не намекал на это.
Я настолько глупа, что все равно хочу этого.
Наконец я спрашиваю:
— Куда ты пойдешь?
— Я собираюсь направиться на север, а затем вернуться к побережью. Последнее, что я слышал — банда, с которой он работает, двигалась в том направлении.
— Ладно. Спасибо, что сделал крюк, чтобы доставить нас с Брианной в безопасное место.
— Я же говорил, что не надо меня благодарить, — его голос звучит почти сердито.
Я хмурюсь.
— Хорошо, — потом я понимаю, что он вот-вот уйдет, и я, возможно, больше никогда его не увижу. — А ты… Как ты думаешь, ты мог бы когда-нибудь вернуться в здешние места?
— Да. Да, я так и сделаю. В следующий раз, когда буду где-нибудь поблизости, загляну и посмотрю, как у тебя дела.
Я вздыхаю с облегчением и удовольствием. Наверное, это отражается на моем лице, но я ничего не могу с собой поделать.
— О. Хорошо.
Уголок его рта слегка приподнимается.
— Так что береги себя. Увидимся, когда получится.
— Ладно. Ты тоже береги себя.
Мне приходится бороться с желанием обнять его. Вместо этого я обнимаю себя.
Его губы снова подергиваются.
— Увидимся, Дел.
— Увидимся.
На этот раз я стою в дверях и смотрю ему вслед, пока Коул не скрывается из виду.
***
Три месяца пролетают почти незаметно.
Мы с Брианной неплохо вписываемся в жизнь Монумента. Нам поручают работу, которую мы можем выполнять со знанием дела, мы знакомимся с людьми и приспосабливаемся к ритмам нового сообщества.
То маленькое сообщество, которое мы оставили на побережье, кажется теперь за много световых лет отсюда.
Верн и остальные, вероятно, уже мертвы. Об этом немного больно думать, но боль не такая сильная, как следовало бы. В основном эти люди даже не всплывают в моей памяти.
Я не уверена, что это говорит обо мне.
Каждый холостой мужчина в городе пытается заигрывать с Брианной, но она всем отказывает. Некоторые из них также пытаются заигрывать со мной.
Меня это удивляет. И отчасти возбуждает. Я не привыкла, чтобы мужчины проявляли ко мне интерес. Я отказалась от своей безразмерной толстовки и дурацкой шапки, которую всегда носила. Я никогда не принимаю осознанного решения о смене стиля одежды. Я просто перестаю это делать.
Брианна никогда не спрашивает об этом. Может быть, она понимает.
Теперь мы в большей безопасности.






