ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Ее секрет Эмилия Грин Ей 20. Ему 37. И он друг ее отца… Пролог Вадим Завьялов Небрежно обмотав полотенце вокруг бедер, я толкнул дверь уборной, сразу почувствовав в доме чье-то присутствие. И тогда я увидел ее. Больше походило на глюки, хоть и выпил я сегодня немного - завтра рано вставать. На моей кровати в тусклом свете луны спиной сидела девчонка. Блондинка. Ее длинные, почти прозрачные волосы рассыпались по плечам под легкой тканью белоснежного сарафана… - Сегодня ты в полном моем распоряжении… - пробормотала незваная гостья, и я чуть не поперхнулся. Я? Даже так. Кровь ударила в виски, в паху резко стало тесно. Сделав шаг, я почувствовал, как влажная ткань полотенца начинает сползать с бедер, продолжая впиваться взглядом в хрупкую девичью спинку. Вот такая романтика, на х** два бантика. Чтобы я всегда так жил… Непослушная девчонка пришла ко мне, потому что захотела, чтобы ей занялся зрелый, опытный любовник. Что ж… Ничего удивительного. Большинство двадцатилетних парней ни черта не смыслили в женском удовольствии. Мальчики с беби фейсами и беби членами. Слова им лишнего не скажи, чтобы ненароком не вогнать в депрессию. «Сосунки, упаковали вещи и пошли в университет учиться!» Девчонке повезло, что я сегодня пребывал в отличном расположении духа, а ещё адски хотел потрахаться - решил уважить смелую девочку, заглянувшую в логово к голодному волку. Поэтому прошу понять и простить мою беспринципность…. Однако, я никак не мог опознать эту нимфу

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Он хмыкнул, скользнув кончиком языка по резцу.

- Что же говорят, маленькая принцесса, просветишь? - от его взгляда по телу пробежала мелкая дрожь.

- Что ты отменно трахаешься, - откровенно провоцируя: не все же ему вгонять меня в краску.

- Понравилось? - сильнее стискивая влажную кожу у меня внизу живота.

- Честно? - я похлопала ресничками.

Завьялов резко кивнул.

- Безумно, - улыбнулась я, озвучивая правдивый ответ, ведь мама всегда учила нас с сестрой быть честными, - А тебе? - вытолкнула с придыханием.

Несколько секунд мы неотрывно смотрели друг на друга.

Я судорожно выдохнула, когда почувствовала нажим его пальцев на самой чувствительной точке, в этот миг осознавая, что между нами произошел какой-то надлом.

Последняя невидимая стена рухнула. Безвозвратно.

- Хочу, чтобы ты запомнила этот день… - наконец, Вадим взял бутылку, и, быстро приблизившись к воде, принялся тщательно ее обмывать.

Боже, что он собирался сделать?

Я закусила губу, пристально наблюдая за слаженными действиями своего любовника. Сердце заходилось все чаще, кровь буквально вскипала в жилах.

Вернувшись, он уселся передо мной на колени.

- Сказал же, меня мучает жажда, - Вадим приподнял мои бедра, заставив согнуть ноги, и я почувствовала, как стеклянное донышко впивается в нежную кожу внутренней стороны бедер.

- Сожми, - он отдал хриплый приказ.

В следующий миг бутылка шампанского плотно застряла между моих ног, провоцируя волны мурашек. Тело лихорадило от переизбытка неизведанных порочных ощущений. Все вибрировало и сжималось у меня внутри.

- И не вздумай уронить. Вера, если прольешь - накажу, - мужчина провел языком по краю горлышка - стекло дрогнуло у самого моего чувствительного места.

Тело буквально выгнуло от потока истомы.

Мне приходилось напрягать тазобедренные мышцы, чтобы удержать бутылку, упиваясь темным удовольствием, напитывающим его глаза.

- Помнишь? Не урони.

На миг скользнув пальцами по моим губам, Вадим вновь наклонился, взяв горлышко бутылки в зубы. Я задохнулась, упиваясь ненормальностью и, одновременно, правильностью того, что происходит.

А потом он начал пить шампанское.

Медленно.

Глубоко.

Каждый его глоток заставлял стекло вибрировать, передавая эти мелкие, едва уловимые колебания прямо в мою влажную плоть. Я впилась пальцами в плед, когда он специально постучал по горлышку зубами, вызывая во мне новый приступ анархичной дрожи.

- Ты.… - порывисто обхватила его голову руками.

- «Я что», принцесса? - Завьялов хмыкнул, пригубив ещё шампанского, и бутылка слегка сдвинулась, коснувшись меня там, где я уже горела.