Я знал, она не хочет никаких отношений — забота о почти лежачем отце, две работы и, по сути, воспитание Аделин на своих плечах… Всё, что у неё было, она отдавала семье.
Но я хотел, чтобы она знала, что она — мой единственный приоритет.
Ну и пусть это будет сложно. Запутанно. Я никуда не уйду, и она тоже. Мы справимся с любыми трудностями. И даже если на это уйдут годы, я уже знал — другой женщины для меня не будет.
Все мои прошлые неудачные отношения уже доказали: Эйвери Клэр незаменима.
Я глубоко вдохнул и попытался нащупать в себе хоть каплю мужества. — Эй, Эйвери?
Ответа не последовало.
Я чуть повернулся и увидел её закрытые глаза и приоткрытые губы. Дыхание было ровным и глубоким. Она спала.
Мне стоило бы уложить её поудобнее. Но вместо этого я снова откинулся на диван и просто наслаждался моментом — тем, как она спит у меня в объятиях.
Прошло всего пять минут, когда в дверь начали яростно стучать. Я резко сел, едва успев поймать Эйвери, чтобы она не скатилась на пол. — Кто, чёрт возьми? — пробормотал я, глянув в окно. Солнце уже взошло, но это ещё ничего не значит.
— Ого, уже восемь, — сказала Эйвери, потягиваясь рядом.
Я не смотрел на то, как её грудь напряглась под тонкой тканью майки.
Я не обращал внимания на её зевок, когда её язычок лениво выгнулся, как у котёнка.
Я не представил, как прижимаю её разогретое сном тело к себе и окончательно бужу её оргазмом, от которого её хриплый голос сорвётся на крик моего имени.
Совсем нет.
Чёрт.
Стук продолжался, и я встал, направляясь к двери, где Зевс уже радостно вилял хвостом. Я открыл дверь — и он пулей вылетел наружу, пронёсшись мимо стоявшего на пороге Бишопа с напряжённым лицом. А такое выражение у него никогда не сулило ничего хорошего.
— Отличный у тебя сторожевой пёс, — прокомментировал он, входя.
— Зевс знал, что это ты, — ответил я. — И вообще, мне двадцать пять. Отвали от меня. Ты старше всего на три года.
— Ага, — сказал он, бросив взгляд на фото отца, прежде чем пройти в гостиную. Если он даже не зацепился за мою колкость, значит, дело и правда серьёзное.
— Привет, Эйвери, — сказал он, заглянув на кухню, где она ставила вариться кофе.
— Бишоп, — улыбнулась она. — Кофе?
— Было бы здорово, — сказал он, а потом повернулся ко мне. — Ты проснулся?
— Я же дверь открыл, — пожал я плечами. — Мы собирались встретиться только через два часа. Так почему ты здесь?
Его челюсть напряглась. — Мне позвонили с утра.
— Кто? — спросил я. Если только это не отец из могилы, вряд ли причина могла быть стоящей, чтобы выдернуть меня из объятий Эйвери.
— Себастьян Варгас.
— Баш? Мать твою. — Я покачал головой, абсолютно уверенный, что ослышался. — Что-то случилось дома? — Чёрт, почему вообще Баш звонил? Он же в Хотшотах в Калифорнии. Уехал из Легаси в то же время, что и я.






