ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

— Кто она такая? — спросил он хрипло, — Зачем вы притащили её мне? Один из уродов промямлил: — Это… подарок…. Подарок DaryaK — Кто она такая? — спросил он хрипло, — Зачем вы притащили её мне? Один из уродов промямлил: — Это… подарок…. DaryaK Подарок Глава 1 Мира Работа горничной в «Парусе 4*» не была мечтой, но я не жаловалась — спортивное прошлое не позволяло ныть. Работа как работа: чужие грязные простыни, запах отбеливателя и постоянные заигрывания от охранников. Платили стабильно, а это главное. Всё лучше, чем таскать подносы в каком-нибудь второсортном кафе, выслушивая хамство от клиентов и поваров. В «Парусе» часто останавливались интересные гости. Командировочные со своими любовницами, деловые люди, устраивающие ночные совещания с алкоголем и сомнительными девушками. Иногда поневоле становилась наблюдателем чужих семейных драм и корпоративных интриг. С отвращением вздрагивала каждый раз, когда слышала ссоры за дверью или ловила обрывки разговоров про «это между нами». Однажды даже нашла в номере забытый портфель, плотно набитый долларами. Вернула, конечно. За это получила пятьсот рублей благодарности и короткое «молодец» от администратора. И на том спасибо. Я протирала пыль с прикроватной тумбочки, когда телефон пискнул. Вибрация пробралась по карману униформы горничной, неприятно вырывая из собственных мыслей. Сашка: «Хватит пахать, Принцесса. Прогуляемся, свожу кое-куда. Место — огонь.» Улыбнулась краешком губ. Это в его духе — внезапные предложения. Мы с Сашкой друж

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

— Сознание ясное?

— Более чем. Врач осмотрел. Встала, пошатнулась — но устояла. Молчит. Только глазами цепляется за всё. Сканирует, как будто. Ни слова — пока. Но, судя по лицу, помнит всё.

Я встал, не отвечая. Быстро схватил куртку с кресла.

— Ты к ней?

— А ты как думаешь?

— Шеф… аккуратнее. Такая — не девочка. Динамит. Пока не поймёт, где и кто — может и снова в нос заехать. Даже врачу руку отдёрнула.

— Тем интереснее, — усмехнулся я.

Я вышел в коридор. Внутри будто щёлкнул тумблер. Всё стало чётким. Резким. Как перед выстрелом.

Глава 9

Мира

Сознание возвращалось не сразу — очень медленно. Сначала — ощущение: под головой что-то мягкое, тело ныло. Пахло антисептиками, лавандой. И ещё чем-то… чужим, незнакомым. Нет, я точно не в больнице — постель слишком мягкая.

Я не спешила открывать глаза — лежала в тишине, прислушиваясь. Где-то гудел кондиционер. Тиканье часов. И тихое шуршание — кто-то ходил.

Я попыталась пошевелиться — ноги отозвались тупой болью, грудную клетку словно стянуло. Сделать глубокий вдох не получилось — только короткий, рваный.

Веки дрогнули. Свет мягкий, рассеянный. Потолок — чужой. Простыни — свежие, белые. Я приподнялась, еле-еле — словно вес тела утроился.

Откинула одеяло, спустила босые ноги на пол. Под ногами — мягкий ворс ковра. Я медленно поднялась, держась за край кровати. Ноги дрожали, но держали.

Я сделала шаг, и ко мне — словно из ниоткуда — подошёл мужчина лет пятидесяти, в очках, в белом халате. Высокий, с сединой на висках и спокойным взглядом. В руках — планшет. Он не делал резких движений, говорил тихо, почти шёпотом:

— Очнулась. Как себя чувствуешь?

Считав в моём взгляде недоумение, добавил:

— Меня зовут Алексей Сергеевич, я врач. Всё в порядке.

Я только смотрела на него, не отвечая. Сканировала.

Он сделал шаг ближе, протянул руку — то ли чтобы проверить пульс, то ли помочь снова лечь. Я напряглась, и голос сорвался сам собой — хриплый, но твёрдый:

— Не трогайте меня.

Он замер. Поднял руки, показывая: «не опасен».

— Хорошо, — мягко сказал он. — Не буду. Просто хотел убедиться, что вы в порядке. Сейчас вам нужно отдыхать.

Он отошёл к столику у окна, набрал что-то на планшете. Я не сводила с него глаз.

— Если станет плохо, — сказал он, даже не глядя на меня, — позовёшь.

Что-то ещё нажал, сделал запись в блокноте — и вышел. Оставив меня одну.

Тишина повисла сразу, как только за ним закрылась дверь. Я осталась — одна. С собственным телом, которое ощущалось чужим.

Я сделала шаг, потом второй, оглядываясь по сторонам. Комната была просторной — на больничную палату, даже близко не тянет. Интерьер — сдержанный, но дорогой. Серо-белые тона. Мягкий ковёр цвета кофе с молоком, приглушённый свет из скрытых ламп. Кровать — широкая, с деревянным изголовьем.