Книжные полки, кожаный диван, мягкий свет.
Я подошла к окну. За ним — сад, высокий забор, темнота густая, как тушь. Пару огней в глубине. Может, лампы. Может, камеры.
Слышала, как Артём остановился в дверях.
Я даже подумать не успела и уже услышала ответ.
— В сад нельзя, — сказал спокойно. Почти извиняясь.
Я обернулась. Он стоял прямо, руки за спиной. Взгляд — спокойный, но внимательный.
— Я могу остаться здесь? — спросила я.
Он кивнул.
— Только не открывай окна. Пауза. — И не пытайся…
— Что? — я прищурилась. — Убежать?
Молчание.
Я села на диван.
— Спокойной ночи, Артём, — устало сказала я — Хочу побыть одна.
Он кивнул. Вышел, как только я отвернулась к окну.
Не знаю сколько я ещё пялилась в окно, но сидеть в одном положении устала. Решила дальше заняться изучением дома, пока ни кто не мешает.
Я пошла наугад. Почти сразу оказалась на кухне.
Просторной. Чёрные столешницы, мягкий свет, блестящий чайник. Пахло ванилином, лимоном и корицей.
Я вдруг вспомнила — бар, кофе, друга. Нос будто уловил запах, а язык — вкус.
М-м-м-м-м….
Я ещё раз оглядела кухню. В углу — простая капельная кофеварка. Но я выбрала турку. Хотелось почувствовать аромат, а не только вкус.
Всё нужное — рядом. Зёрна, кофемолка
Я стояла босиком, в домашней одежде, как тень в чужом доме. И подумала: если сейчас войдёт кто-то с пистолетом — я, наверное, не испугаюсь.
И почти сразу — знакомый голос за спиной:
— Можно мне тоже?
Я вздрогнула. Не от страха — от неожиданности. Обернулась.
Артём.
— Следишь за мной? — прищурилась я.
— Работа у меня такая, — спокойно ответил он.
Я повернулась обратно. Перемешала кофе. Запах был обволакивающий, почти родной.
— Тебе повезло, — бросила я через плечо.
— В чём именно?
— Что мне пока нельзя физические нагрузки.
Он тихо усмехнулся.
— Запишу в рапорт, «Опасна при улучшении самочувствия».
— Очень опасна, — подтвердила я с невинной улыбкой.
Я достала вторую чашку. Поставила рядом с первой.
Он сел напротив. Молча.
— Сахар? Сливки? — спросила я.
— Нет. Чёрный. Как ночь.
— Как ты, — сказала я. — И как этот дом. И его хозяин.
Мы пили кофе молча. Горький, крепкий, настоящий.
Я допила первая, встала.
— Спасибо, — сказала тихо.
Он только кивнул.
Я вернулась в комнату. Закрыла дверь. Просто легла, не раздеваясь, под одеяло.
Удивительно, но после дозы кофеина я почти сразу провалилась в сон — глубокий, тяжёлый, но впервые за долгое время, крепкий.
Глава 13
Утро пришло незаметно. Я проснулась резко — не от шума, а от подозрительной тишины. Такой глухой, вязкой, что первое ощущение было: оглохла.
На часах — полдень. Солнце в окне светило ярко, по-августовски жгло, отблескивая в стекле теплом, от которого мне почему-то захотелось спрятаться.
Я села, протёрла глаза — и с удивлением поняла: спина почти не болела.






