Однако то, что воровство прекратилось, дало о себе знать. И ресурсы, которые и без того, не отличались обильностью, перестали утекать.
Лукас был прав — без ресурсов не победить.
Лукас был прав кругом.
Разумный человек, потерявший надежду. Причем, судя по всему, давно. Константин его не осуждал. Судя по тому, что он сам знал и что вскрывалось — здесь любой бы отчаялся. Наводил ли Нотарас «мостики» к османам — вопрос, но Константин не удивился бы. Он бы и сам, быть может, поступил также, если бы не характер, который просто не позволял ему отступить перед вызовом.
Откинув очередную насквозь лживую и пустую «бумажку», император потер лицо ладонями. Встал и направился во внутренний сад. Ему требовалось прогуляться и подумать.
Ложь вгоняла в тоску и сон.
Давила.
Казалось, что уже многие годы вокруг не звучало ни слова правды. Можно было бы и поспать, но сон не приносил успокоения, оставляя после себя ощущение не отдыха, а какой-то борьбы.
Вышел.
Сад был в запустении.
Хотя, положа руку на сердце, он и раньше не блистал. Эпоха эффектных парков еще не пришла. Как на душу ляжет, так и натыкали. Во всяком случае, Константин всего этого не понимал и понимать не желал.
Он прошел к небольшой группе гранатов. Сел на лавочку, что ему там уже поставили. И задумался.
Ресурсы — это хорошо, их он добудет. В этом Константин не сомневался. Его больше заботил кризис идеологический, который сводился к двум кошмарным идеям. С одной стороны, пораженчество выставлялось как духовная добродетель, а с другой стороны, любая мирская активность трактовалась чуть ли не как грех гордыни.
Страшная ситуация.
Константин и там, в XXI веке про это знал, отчего и презирал Византию, но оказавшись тут и погрузившись в это гнойное болото, в этот сад распада и разложения, оказался немало потрясен. У него в голове просто не укладывалось, как можно было добровольно эту ситуацию не только принять, но и рационализировать в некое благочестие.
Остро хотелось сжечь тут все из огнеметов.
Или как в сериале «Игра престолов» сесть верхом на здоровенного дракона и кричать «Дракарис» с особым упоением. Наслаждаясь тем, как огонь очищает этот мир от гнили.
Но…
Ничего этого у него не было и не предвиделось.
В какой-то момент появилась даже мысль о том, что весьма разумно собрать банду покрепче. Ограбить местных грандов. И, захватив несколько больших кораблей, попробовать уплыть в сторону Америки, где подготовить «теплую встречу» конкистадорам. Но эту идею он почти сразу отбросил.
Риски.
Слишком большие риски.
Даже если получится добраться до побережья Мезоамерики вероятность гибели чрезвычайно высокая. Не говоря уже о том, что он не дал бы и пяти процентов на успех предприятия в целом.






