— А если он и правда… — осторожно произнес крепкий, после долгой паузы, во время которой он только и слышал, как жилистый жевал эту мерзкую, чуть подтухшую слабосоленую рыбу.
— Кто?
— Император.
— И что император?
— Ну… как что? Не просто человек, говорю.
Второй пожал плечами.
— Так и что такого? Император же. С чего ему быть простым?
— Я же о другом.
— А тебе не плевать? Как по мне — лишь бы платили вовремя и не резали за чужие слова.
— Не режут же.
— Пока не режут. — произнес жилистый и, закинув в рот последний кусочек дурной рыбы, спросил. — Ты свою есть будешь?
В церкви было прохладно.
Тихо и прохладно. Она не нагрелась еще на солнце.
Люди приходили сюда… они и сами не знали зачем. Спасение? Для большинства обывателей это мало отличалось от пустой болтовни, оставаясь не более чем социальным ритуалом. Им хотелось жизни и спасения ДО смерти, а не после. Но такой опции не предусматривалось, поэтому они особенно и не вслушивались в слова. Просто приходили, чтобы почувствовать себя частью чего-то большого и живого, что еще не рассыпалось и не истлело…
Читать продолжение тут






