ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Ого, какой интересный поворот: я очутился в теле дряхлого аристократа. Но ничего, справлюсь. Ведь я опытный ведьмак, алхимик, исследователь Лабиринта и автор грандиозного плана, которому сам дьявол поставил бы "лайк" и добавил в избранное. Правда, за моим новым телом тянется шикарный шлейф из врагов, интриг и кровожадных родственничков. К тому же придется поднять не только уровень дара, но и рейтинг рода, омолодить тело и банально не сдохнуть. Что ж, поиграем. Весь этот техномагический мир точно обалдеет от моих результатов!

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сложно сразу принять подобные изменения в том, кого ты столько лет знал и привык видеть совсем другим.

— Деда, как же… как же ты так помолодел? И что происходит с домом? Ты готовишь его к продаже? Или взял кредит на ремонт? А чем отдавать⁈ — выпалил он, тревожно уставившись на меня.

— Вячеслав, многое изменилось. Зверевы теперь на двести пятом месте в серебряном списке и у нас появился кое-какой капитал. Мне его в качестве награды вручил император.

— Ихнатий Николаевич получил орден «страж империи» из рук самого государя за то, что разоблачил вражеского шпиона. Его по телевизору показывали, и не раз, — встряла гордо сверкающая зенками Прасковья и сама удивилась собственной смелости. Она ведь влезла в разговор двух дворян.

Служанка тут же испуганно пролепетала извинения и выскочила из холла.

— Не врёт? — глянул ей вслед Вячеслав, снова удивлённо отправив брови к потолку.

Шокированная гримаса опять завладела его лицом. Он даже ущипнул себя за руку, дабы проверить — не спит ли?

— Не врёт. Пойдём разбудим Павла. Он поможет мне ввести тебя в курс дела. Ты только челюсть подбери, а то муха залетит. И рюкзак свой брось вон на то кресло, — посоветовал я и стал подниматься по лестнице.

Внук дёрнул головой, оставил свою поклажу в холле и пошёл за мной, хмуря брови, словно что-то не давало ему покоя. На меня он поглядывал всё же с некоторым подозрением. А я приветливо улыбался, как самый настоящий дедушка.

Впрочем, моя улыбка сползла с лица, когда в кармане зазвонил телефон.

Я от этой жизни уже не ожидал ничего хорошего, так что ответил без всякой охоты, увидев на экране номер Воронова:

— Слушаю вас.

— Игнатий Николаевич, доброе утро, — поздоровался аристократ. — Простите, что так рано звоню, но нам нужно согласовать одно дело, а именно похороны Алексея.

— Вы их организуйте, а я внесу свой денежный вклад, — проговорил я, двинувшись по второму этажу в сторону спальни Павла. — Думаю, их следует провести в небольшой церкви, ведь, как бы там ни было, он остался аристократом.

— Согласен. Я всё устрою. И вот ещё что, нам не нужны лишние свидетели, потому давайте всё будет скромно и тихо: ваша семья и моя. Больше никто не нужен.

— Хорошо, пусть будет так. Авось всё пройдёт спокойно.

— Да, надеюсь, Алексей не выберется из гроба так же, как вы, — мрачно сострил Воронов. — Что ж, до встречи, Игнатий Николаевич.

— До встречи, — проговорил я, сбросил вызов и глянул на дверь спальни младшего внука. Та оказалась приоткрыта и изнутри доносился богатырский храп.

Пожав плечами, я открыл дверь и вместе с Вячеславом проскользнул внутрь, очутившись в сумраке, пропитанном запахом крепкого перегара.

На ковре лежали две пустые бутылки из-под мартини и подушка, а с люстры свисали мужские трусы.