Один из них бьет другого по голове, удары становятся все чаще, пока голос из кабины не приказывает прекратить.
Мальчишки Риверс.
Несмотря на то что они все время ходили побитые, я так им завидовала. Будучи единственным ребенком, я мечтала о доме, полном братьев и сестер, а перед глазами были Риверсы с кучей детей. Отчетливо помню, как видела миссис Риверс на пассажирском сиденье, ее рука лежала на круглом животе.
Их семья владеет ранчо рядом с участком моего отца. Я помню, как видела мальчиков в магазине тракторных запчастей здесь, в Хартсвилле, и однажды на родео в Лаббоке. Недостаточно часто, чтобы стать друзьями – мама обучала их на дому, на ранчо, так что они почти не появлялись в городе, – но достаточно, чтобы знать, кто они такие.
Не в силах больше выдерживать взгляд Кэша, я опускаю глаза на его сапоги. Они с квадратными носами, темно-коричневые. Старая кожа покрыта заломами, но видно, что за сапогами тщательно ухаживают, они сияют от недавно нанесенного кондиционера.
Смутные воспоминания, которые нахлынули ранее, возвращаются. Благодаря своей работе я знаю о ковбойских сапогах больше, чем кто-либо. Это пара от Lucchese: мастерски сделанная дорогая классика. Это те сапоги, которые передаются из поколения в поколение.
Папа носил Lucchese. Не знаю, как я это запомнила, но уверенность в этом тверже гранита.
– Молли, позволь тебе представить Кэша Риверса. – Гуди вытягивает руку. – Он был управляющим на ранчо вашей семьи, боже мой, сколько же это времени прошло…
– Двенадцать лет. – Резкий ответ Кэша заставляет меня думать, что он действительно раздражен. Встречей со мной? Но почему?
И он теперь работает на нашей земле? Что случилось с его семейным ранчо? Не понимаю.
Хотя это объясняет, почему он присутствует при оглашении завещания отца. Как управляющий, может, он расскажет мне о нынешнем состоянии ранчо?
Хотя не то чтобы это имеет значение. Как только ранчо Лаки окажется в моих руках, я выставлю его на продажу. У меня нет ни малейшего желания заниматься разведением скота на юге Техаса. Я всегда была скорее домоседкой. Да и вся моя жизнь протекает в Далласе – там мои друзья, моя семья. Компания по производству ковбойских сапог «Беллами Брукс», которую я основала с Уилер, тоже базируется в этом районе. Бизнес наконец-то набирает обороты, и наследство, которое я вот-вот получу, точно выведет нас на новый уровень.
– Кэш. Ух ты. Я тебя помню. – Я протягиваю руку.
Он смотрит на нее, его губы плотно сжаты. Проходит неловкая пауза, прежде чем он без слов обхватывает мою руку своей теплой ладонью. У меня учащается пульс, Кэш остается непоколебим. Его огрубевшая ладонь прижимается к моей, сухая, но при этом удивительно живая.
Я отвечаю крепким рукопожатием, стараясь снова посмотреть Кэшу в глаза.






