Здесь было натуральное столпотворение: корабли стояли у пристани, как сельди в бочке, портовые грузчики суетливо загружали-разгружалитысячи разных товаров.
Найдя нужную контору, приступил к оптовым закупкам. Вспомнив рассказы бывалых «промышленных людей» в Северном море, я тут же решил прикупить те самые товары, что пользуются наибольшим спросом на Аляске и Камчатке. Заказал пудовые бочонки с рыболовными крючками и сто тысяч отменных стальных швейных игл. Там, на холодной Аляске, если верить промысловикам, за десяток этих копеечных лондонских иголок индейцы-тлинкиты с радостью отдадут шкуру морского калана ценой в сотню рублей.
— А что с табаком? — поинтересовался у оптовика, придирчиво растирая между пальцами щепотку отборного виргинского листа.
— Три шиллинга за фунт, сэр, — развел руками грузный британец. — Лучший товар во всех Восточных доках.
— Три шиллинга? — удивился я, стряхивая табачные крошки на грязный пол. — С какого перепугу такие конские цены за сушеную траву? В Петербурге — и то дешевле!
Оптовик тяжело вздохнул, вытирая руки о фартук.
— Акцизы британской короны, милорд. Налоги сжирают львиную долю стоимости. Если бы не они, табак стоил бы сущие пенсы.
Тут же подумал: а ведь в открытом океане и на диких берегах Аляски никаких налоговых инспекторов не водится! Значит, табак выгоднее покупать прямо в океане, причем — как можно ближе к этой самой Вирджинии. Тем не менее, я все же приобрел сорок фунтов табачного листа. Вдруг больше нигде табака купить не удастся? А ведь табак — отменная валюта для любых будущих переговоров с туземцами.
Под конец купил еще пласты коры пробкового дерева. На море пригодится.
Выплатив торговцу щедрый задаток, я приказал подготовить бочонки к утру.
— Заберу всё завтра, когда приеду с грузовым фургоном.
Следующим пунктом лондонского рейда стала лавка точной механики Питера Доллонда.
— Мне нужны новейшие морские хронометры, мистер Доллонд, — с порога озадачил мастера. — И первоклассные секстанты.
— Хронометры обойдутся в шестьдесят фунтов за штуку, сэр. Секстанты — по десятке.
Добавив к списку квадранты по четыре фунта, компасы по пятерке и подзорные трубы за три фунта, выложил на прилавок изрядную сумму. За каждый полный комплект навигационного оборудования на один корабль выходило ровно по восемьдесят пять фунтов стерлингов. Оставив задаток и велев аккуратно упаковать хрупкие приборы в обитые бархатом ящики к завтрашнему утру, покинул заведение.
Оставалось последнее, самое важное дело. Целенаправленно добравшись до лавки мастера научных инструментов на Флит-стрит, толкнул дверь, звякнув колокольчиком. Внутри густо пахло пылью и ртутью, а полки ломились от латунных астролябий и банок с заспиртованными гадами.






