ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Шлюп «Надежда» уходит в кругосветное плавание. В последний момент в экспедицию пролазит граф Федор Толстой — наглец, бретер, шулер и... циничный бизнесмен из XXI века, случайно занявший чужое тело. Крузенштерн еще не знает, кого взял на борт! Резанов понятия не имеет, что за "живописец" числится в его свите! Самозванец Виктор Коллингвуд Шлюп «Надежда» уходит в кругосветное плавание. В последний момент в экспедицию пролазит граф Федор Толстой — наглец, бретер, шулер и... циничный бизнесмен из XXI века, случайно занявший чужое тело. Крузенштерн еще не знает, кого взял на борт! Резанов понятия не имеет, что за "живописец" числится в его свите! Дикий граф. Самозванец Глава 1 — ТРА-ТА-ТА-ТА!!! Стекло брызнуло в лицо колючим крошевом. Я даже дернуться не успел, когда из опущенного окна поравнявшегося с моим такси джипа ударили автоматные очереди. Вспышки. Грохот. Дикая, рвущая плоть боль. Вынырнул из кошмара рывком, жадно хватая ртом ледяной воздух. Твою мать. Опять этот сон. Голова раскалывалась. Как уже задолбал этот кошмар! Психотерапевт, наверное, сказал бы что-нибудь умное про посттравматический синдром. Если бы я был настолько туп, чтобы пойти к психотерапевту. Человеку с моей биографией откровенничать на кушетке — это как самому явиться в РУБОП и написать явку с повинной. Сука, как же болит голова! Вчерашний загул в казино «NagaWorld» — нелицензионной камбоджийской копии Лас-Вегаса специально для тех, кого в настоящий Лас-Вегас на пушечный выстрел не подпустят, — удался на с

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Если выстроить систему совершенно иначе, каленым железом выжечь круговую поруку, внедрить строгий аудит и взять все денежные потоки в свои руки, то историю можно будет переписать заново. И Аляска, и солнечная Калифорния останутся нашими.

Оставалось лишь убедить в этом руководство экспедиции. Словом, делом ну а в крайнем случае, кулаком… или пулей из нового «Лепажа».

К исходу третьего дня пути, когда наш тяжело груженный фургон медленно тащился через заросшие лесом холмы Хиндихедской пустоши, на тракт как-то быстро. без прелюдий, опустились сумерки. Возница нервно оглядывался по сторонам… и ведь накаркал, зараза! Мерный скрип осей внезапно прервался резким, гортанным окриком из темноты.

— Стой! Ни с места!

Дорогу повозке преградили четверо конных, чьи лица скрывались за грубыми платками. В сгущающейся мгле тускло блеснули длинные стволы кремневых пистолетов.

Возница, судорожно натянув вожжи, побледнел как полотно и затрясся мелкой дрожью. Кони испуганно захрипели, пятясь назад.

— Худо дело, сэр… — прошептал англичанин побелевшими губами. — Это банда Головастого Джона. Худшая встреча на всем этом тракте!

Понятно. Робин Гуд хренов нарисовался. Помню, как в девяностые фуры на трассах тормозили серьезные люди с автоматами. Вот, один в один.

— Кошелек или жизнь, джентльмены! — рявкнул здоровяк на вороном коне, подъезжая ближе и наводя на нас пистолет. — Выворачивайте карманы, живо!

Я уже прожил жизнь. Но получил второй шанс.

Nota bene