Су Ен даже представить не могла, что в этот момент творилось в голове мамы. На протяжении всех лет, проведенных порознь, Кан Мун Хи истязала себя за похищение маленькой дочери. Она никогда не смогла бы себя простить. А Су Ен никогда не смогла бы до конца понять маму, даже несмотря на то, что обе они оказались жертвами лисов.
С улицы послышалось рычание. Стая была здесь. И она грозила стереть с лица земли семью лисов, которая стояла за похищением Су Ен.
–
Тебе просто нужна помощь
. –
Су Ен не хотела мириться с реальностью. Не могла принять того, что хотя мама и стояла прямо перед ней в здравом рассудке, из этого дома ей придется выбираться одной. Мама плакала! Она чувствовала! И ей было чертовски плохо!
Душевная боль пронзила Су Ен настолько неожиданно, что перехватило дыхание. Запах лаванды всегда был самым родным, но она возненавидела его после того, как увидела равнодушную вуаль на лице матери. А сейчас
…
сейчас все так быстро менялось, что Су Ен больше не знала, во что верить.
–
Убей ее, или мы превратим ее жизнь в ад
.
Су Ен, погруженная в свою боль, не сразу заметила, как из темноты коридора вышла еще одна фигура. Женщина, которая была настоящим злом. Женщина, которая разрушила жизнь целой семьи одним своим существованием. Женщина, которая продолжила дело своего отца.
По дороге в ванную Су Ен не раз видела на тумбе фотографию, запечатлевшую улыбающегося ребенка, сидящего на коленях мужчины. Этот человек был слишком хорошо знаком Су Ен. Она помнила запах спелой сливы, его лживую улыбку. И трость, на которую он обманчиво опирался.
А еще Су Ен знала, что нареченный госпожи Лим Соль Чжу мертв. Ее прикосновения отдавались морозом по коже, а
имя
было почти не разобрать – настолько оно оказалось забыто. Что-то подсказывало Су Ен, что парень, предначертанный Соль Чжу, умер в ту самую ночь, когда стая господина Хвана напала на лисов по приказу отца Су Ен.
– Вам не нужна
та, кто слышит
, госпожа Соль Чжу, я права? – Су Ен вопросительно выгнула бровь и, стараясь заглушить набатом бьющееся сердце, сделала несколько шагов к матери. Инстинктивно она хотела отгородить Мун Хи от треклятой лисицы.
– С чего ты это решила?
– Вы хотели отыграться на мне, потому что через несколько дней после моего побега во время нападения волколаков погиб ваш нареченный. – Это был очевидный блеф и голые догадки, но Су Ен хваталась за любую соломинку, чтобы отвлечь лисицу от мамы.
– Ты ничего не знаешь. – Ухмылка на лице Лим Соль Чжу перестала быть уверенной, но в ней таилось нечто еще, что Су Ен не могла расшифровать. За скорбью и тоской скрывалось нечто более низменное и пугающее.
– Вы так в этом уверены? – Су Ен дошла до матери и вцепилась в ее руку.






