Волчица внутри рычала и рвала в клочья ментальную клетку, в которой обычно сидела тихо и спокойно. Сейчас, когда над домом поднималась полная луна, а за стенами бушевала волчья стая, она приготовилась бороться.
– Ты умнее, чем твоя мать. – Смех сорвался с губ кумихо, и возле ее ноги тут же выросла фигура лисицы-мэгу. – Но ты все равно ничего не знаешь.
Те, кто слышит
– миф, о котором грезил мой отец! Он был одержим идеей найти всем перевертышам их нареченные пары.
–
Мен Чхон Са
думал так же? – Было приятно наблюдать за тем, как лицо Соль Чжу побледнело, а в ее глазах зародился страх. – Или он просто защищал вас, когда волколаки пришли, чтобы отомстить за волчицу?
– Ты ничего не знаешь! – Кумихо взмахнула рукой, отдавая команду зверю, который так и вился у ее ног. Су Ен ошиблась. Это был не мэгу, иначе и она, и мама снова оказались бы под действием иллюзий.
– Но я – миф.
– Мун Хи, подержишь свою дочь, пока мы с ней поговорим?
Ладонь в руках Су Ен на мгновение сжалась сильнее, и она повернула голову. На лице матери отражалось омерзение, искаженное страданием, словно Кан Мун Хи сражалась с собственным телом. Возможно, так оно и было, поэтому Су Ен пришлось принять самый сложный выбор в своей жизни.
Она ослабила пальцы, отдаляясь от матери, и обратилась. Волчица с наслаждением высвободилась наружу. И, задрав голову, завыла. Ответом ей стало приветствие стаи, которая приняла пару своего альфы в собственные ряды.
Эмоции Юн Хо ударили по Су Ен с такой силой, что сначала она растерялась. Ее нареченный и его волк были в бешенстве, силу которого Су Ен никогда бы не смогла даже представить. Он был так близко, что казалось, до него можно просто дотянуться рукой, но и одновременно чертовски далеко – Су Ен не упадет в его объятия сразу же, как пожелает. Не было возможности позвать его.
Ее ждало собственное сражение. Битва с прошлым, которое болезненно сплелось с настоящим.
Ощетинившись, волчица повернулась к оскаленной маленькой лисе и двум женщинам. Никто в этой комнате не был близок для зверя Су Ен. Он не испытывал привязанностей, присущих человеческой стороне, хоть и понимал, что стоящая напротив ругару была их матерью. Точно так же волчица знала, что Женщина предала их и бросила.
Для нее не имело значения, попала ли Мун Хи под иллюзии мэгу или нет. Волчица знала только, что по вине этой Женщины им пришлось бежать по горам. Воспоминания в голове зверя были такими же понятными и четкими как и тот факт, что десятки лет назад их с Су Ен спасла не мама, а тот, кого сейчас они с гордостью называли своей парой.
– Ты не покинешь этих стен живой, – усмехнулась Соль Чжу. Ухмылка вышла такой самоуверенной, будто за пределами дома сейчас не убивали ее семью.






