Именно такие я мельком видел в каталоге универсального магазина «Кунст и Альберс», и даже насчет цен, сам того не хотя, был в курсе! Цены были — да-а-а… Кусались! От восьмидесяти рублей! Как зимнее пальто с мехом! А шляпка? А целая гроздь изящных брошек в виде кленовых листьев? И видно сразу — никакой не ширпотреб — изысканная ручная работа!
— Э, господин хороший! Может быть, позволите пройти?
Красавица обворожительно улыбнулась, и я с запоздалой галантностью протянул руку — помочь девушке спуститься с крыльца.
— Прошу вас, мадемуазель!
— О! Мерси, месье… Мерси!
От красотки пахло дорогими духами… и вином. Похоже, она была навеселе, и преизрядно!
Рядом заржали кони. Прямо к крыльцу подкатил черный лаковый фаэтон… куда со смехом забралась красотка. Не сама, с помощью кучера — хмурого узколицего парня лет двадцати… впрочем, обходившегося с пассажиркой вполне галантно.
— Прошу, прошу, мадемуазель! Осторожней… поднимите ножку… Мадемуазель Софи будем ждать?
— Сонечку? — незнакомка громко рассмеялась. — Пожалуй, нет, мон шер! Она с каким-то раскосым пошла… Фи! Хотя — деньги не пахнут. Так что — гони! Наша славная мадам и так меня уже потеряла. Ах-х…
Одна-ко… И кто ж это такая?
Хмыкнув, я вошел внутрь, в большую полутемную залу.
— Желаете откушать, господин? — тут же подскочил половой в синей рубахе с узеньким кожаным поясом. — Извольте-с во-он за тот столик. Я провожу-с.
— Вообще-то, меня здесь ждут…
— Понял! — отрывисто кивнул служка. — Вы — господин Свирский? Лефонтов?
— Я — Громов.
— Ах, господин Громов… Понятно! О вас предупреждали… Прошу-с!
Половой подвел меня к угловому столу в глубине залы, за которым сидели двое — Михаил и рыжеватый молодой человек в поношенном сюртуке и с несколько рассеянным взглядом. Верно, это и был пресловутый доктор.
— А вот и Александр Андреевич! — увидев меня, обрадовано привстал Полозов. — А этот вот — господин Решников, Илья Фомич. Доктор, о котором я вам говорил.
— Громов, — усевшись, я протянул руку. — Вы действительно врач?
— В Обуховской больнице когда-то служил… — Решников застенчиво улыбнулся. — Вторым хирургом. Но с терапией заразных болезней тоже знаком.
Тщедушный, с редковатой бородкою и ясным взглядом серых, слегка навыкате, глаз, он ничуть не походил на ссыльного нигилиста. Хотя… как посмотреть. Именно такие вот ясноглазые бескомпромиссные «борцы за народное счастье» самые кровавые революции и устраивали!
— Господин Полозов уже рассказал вам, кто я?
— В общих чертах, — кивнул Илья.
Что они тут едят-то? Кажется, щи… А вообще, перекусить бы неплохо…
С лестницы, ведущей на второй этаж, вдруг послышались громкие разухабистые ругательства.






