ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Я был директором строительной фирмы... а попал в тело барина, которому вдруг выпал шанс построить свою золотую империю. И я этим шансом воспользуюсь! Для начала нужно наладить прииск, найти и организовать рабочих, построить для них поселок, проложить торговые маршруты... А самое главное - сохранить жизнь и не угодить на съеденье диким зверям и столь же диким местным дельцам и купцам, которым такое соседство явно не по нраву. Но я с этим справлюсь. Золото Амура будет моим! Старатель Тим Волков Я был директором строительной фирмы... а попал в тело барина, которому вдруг выпал шанс построить свою золотую империю. И я этим шансом воспользуюсь! Для начала нужно наладить прииск, найти и организовать рабочих, построить для них поселок, проложить торговые маршруты... А самое главное - сохранить жизнь и не угодить на съеденье диким зверям и столь же диким местным дельцам и купцам, которым такое соседство явно не по нраву. Но я с этим справлюсь. Золото Амура будет моим! Амурский самородок. Том 1. Старатель Глава I Все началось с эвенка. Точнее, с самородка золота, который притащил мне этот эвенк. Впрочем, если до конца быть откровенным, то все началось гораздо раньше — с того самого момента, когда я умер. Что это за запах? Приятный. И еще что-то сладковатое, приторное. Не мои дорогие брендовые духи. Пахнет скорее, как в церкви или в старой-престарой квартире прабабушки, куда я ездил в детстве на лето. Я открыл глаза. И сразу же закрыл. Слишком уж ярко, даже сквозь веки. Режущие лучи, п

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Мы невольно оглянулись… Тучный гонористый барин с густыми черными бакенбардами и самодовольным лицом, ругался, раскатисто хохоча, и никого не стесняясь! Кажется, отчитывал слугу… или кого-то из хорошо знакомых…

Я вздрогнул. Это был Николай Семенович Огнев, фат, богач и мой давний недоброжелатель! Что потерял он в сем простонародном заведении? Бог весть… Меня он, впрочем, не заметил — все так же ругаясь, скрылся на втором этаже.

Что ж… Будем иметь ввиду. И, пожалуй, поужинать лучше в другом месте. Мне почему-то не очень-то хотелось встречаться с Огневым, как-то было не до него.

Хмыкнув, я решил свернуть разговор:

— Ну, раз в общих чертах уже знаете… Тридцать рублей вас устроит?

— В год?

— В месяц!

— В месяц⁈ — Решников удивленно вскинул брови. — Но… это же много.

— Это — на испытательный срок. Потом будет больше. Или — не будет. Как справитесь.

— Я понял, — кивнул Илья Фомич. — Согласен, да.

— Сможете выехать завтра?

— Ага.

Какой-то пьяница в расхристанной рубахе, проходя мимо, пошатнулся и едва не завалился на меня.

— Но-но, любезный, проходи!

Брезгливо оттолкнув пьянчугу, я уже собрался прощаться… как вдруг возле нашего стола возник какой-то детина! Не слишком молодой, лет двадцати пяти, с круглым, простоватым с виду, лицом и дюжей фигурой, он двигался ловко и быстро… несмотря на сильный запах водки. Лаковые сапоги гармошкой, небрежно накинутый поверх шелковой косоворотки пиджак, небольшие — щеточкой — усики. И совершен наглый взгляд любителя помахать кулаками запросто так!

В левой ладони детинушка держал горсть семечек, грыз, сплевывая прямо на пол. На меня парень никакого внимания не обратил, так, скользнул делано безразличным взглядом. А вот на моих собеседников…

— Х-хо! Скубенты! — подойдя, недобро прищурился парняга. — Опять, собаки, будете в царя-батюшку бонбы метать? Я вот вам пометаю!

С этим словами детинушка склонился над столом, и сплюнул шелуху в недоеденные щи Решникова. Подбоченился, глянул на подошедшую гоп-компанию, ухмыльнулся:

— Ишь, удумали — бонбы! Собака ты, Илюша, как есть — собака… А коли собака, так полезай под стол и лай! Верно, я говорю, парни?

— Верно, Вась! — охотно закивали парняги.

— Верно! Пущай полает, тля!

— Васька Хват, — склонившись, озабоченно шепнул Полозов. — Из цирковых. Ножи мечет, как рыба икру! Лучше бы разойтись миром… или полицию…

Ну, миром, так миром…

— Что вы имеет сказать моему другу, уважаемый? — я криво усмехнулся и выложил на стол револьвер.

Парни сразу попятились. В зале затаили дыхание… Даже детинушка вроде как слегка протрезвел.

— Умеете стрелять? — я окатил его насмешливым взглядом.

— А то! — тут же приосанился хват. — Кой-что могем.

— Хорошо… — я поманил полового. — Шампанского! Самого дорогого.