ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Роман в стиле магического реализма написан колоритным поэтическим языком и повествует о реальном опыте автора, о происхождении рода и формировании своеобразного взгляда на прошлое. Здесь множество персонажей, объединённых между собой то родственными связями, то мистическими. Перед глазами возникают панорамы минувших времён, линии повествования переплетаются между собой, будто корни гигантского древа, и дают побеги в настоящем. Вера Надежда Жандр Роман в стиле магического реализма написан колоритным поэтическим языком и повествует о реальном опыте автора, о происхождении рода и формировании своеобразного взгляда на прошлое. Здесь множество персонажей, объединённых между собой то родственными связями, то мистическими. Перед глазами возникают панорамы минувших времён, линии повествования переплетаются между собой, будто корни гигантского древа, и дают побеги в настоящем. Надежда Жандр Вера Она вошла в скайп, позвонила, но на том конце тоннеля никто не ответил. Записала в ленте сообщений: «Мам, я начинаю, да? Ты как?» Она ждала сигналов от высших сил или от окружения, тем самым пытаясь снять с себя ответственность за мысли, чувства и за то, что воспоследует, будучи начертанным. Первое движение, как толчок, было похоже на вхождение в материю. Светлая серая масса перед глазами, лёгкая тошнота и заторможенность безвольных движений, даже обречённость какая-то во всём. Ещё не придя в себя, она стала записывать, вяло, так пишут автобиографию, резюме и прочее… о первом ударе раннего взр

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Именно сейчас можно увидеть и осознать нечто невероятное, чудесное, и получить ответы на вопросы». И Вера, замерев на покатом горбе кита, наблюдала, как распадается в спектр солёный ультрамарин с запахом арбузной мякоти под звуки трения и шелеста ладоней.

«Вот морская волна окрашивается в полуночно-синий, перемежается цветом зелёного папоротника и цикламена. Накатывает лаймовый, глициниевый, сливочный, затем васильковый. И антрацитовый оттенок тянет на глубину бездонной чаши. Иголки горной сосны щекочут поверхность латунного зеркала. Кобальт и мята, шафран, перламутр и мышиный серый колышут снежную пену на гребнях лазурных хребтов».

Нет, это не фантазия. Так Вера провела один день на маленьком необитаемом островке между Финляндией и Швецией. Гранитный монолит гигантского размера возвышался над водами залива округлой спиной мифического животного. Кето? Гиппокампа? Левиафана? А вокруг разливалось море, море, море…

Тогда она поняла: её звала вода, миллионами лет хранящая память о прошлом. Вера могла узнать правду о своём роде, отдавшись на волю стихии. Но как? Достигнув дна океана? Раскинув руки под гул водопада? Или было бы проще пойти босыми ногами вброд по ручейку и слушать его шёпот? Вера чувствовала движение подземных потоков, но не спускаться же в царство Аида в надежде на слепого предсказателя Тиресия! И она обратилась к высшим силам:

«Молю, пусть направляемы будут пути мои, да вспомнит светлый вестник – слуга Всевышнего – все приношения мои и воздаст мне по делам моим и, ежели достойна милости его, желанию сердца моего ответит, весь мой замысел исполнит! Я склоняюсь и падаю ниц, встаю и душой воспаряю. Взываю: Владыка, управь! Те, кто хранят свидетельства в книгах древних, пусть услышат: знамениям о роде моём возрадуюсь, как благому дару, восславлю память праотцев моих! Смиренно жду, приоткроет ли Создатель завесу тайны. Жду и к праху у врат в чертоги мудрости с почтеньем припадаю».

И последняя карта кладётся на стол:

«Аркан “Мир”. Символизирует освобождение от кармы. Здесь видится Великая Судьба, она обобщает тему судьбы обычной, повседневной, представленной арканом “Колесо фортуны”. Управитель этой позиции – Сатурн, и карта появляется в раскладе, если помыслы вопрошающего скромны. Близится успех и реализация планов».

Пришла ночь, Вера увидела сон, будто в финском доме, где она жила, была потайная дверь, ведущая в анфиладу залов. Они соединялись между собой открытыми арками-порталами, и перспектива напоминала бесконечный коридор зеркал, направленных друг на друга. Она вошла туда вместе с мужем и дочерью. То, что предстало перед их глазами, казалось забытым, оставленным когда-то в закоулках памяти, но очень знакомым.

«Шоколадная библиотека.