Он направился к усадьбе, но мысли о карьере, поездках, путешествиях, триумфах не оставляли его ни на мгновение, шагали вместе с ним по этому редкому высокоствольному лесу.
Его охватила бешеная жажда действия. В конце концов он побежал, чтобы выплеснуть энергию, помчался вперед, словно удирая от самого себя…
Так он бежал километра два, пока в изнеможении не остановился у подножия большого дуба, где, рухнув наземь, уткнулся лицом в сырой мох.
И вдруг сверху донеслось:
– Там кто-нибудь есть?!
Парень в изумлении задрал голову. На дубе, где-то очень высоко, среди ветвей, виднелась человеческая фигура. Голос раздался снова:
– Помогите!
– Что случилось?! – закричал он.
– Помогите мне спуститься. Я не могу спуститься, голова кружится.
Вальчак с легкостью вскарабкался на дерево и, добравшись до середины, обнаружил… профессора, который, сидя верхом на ветке почти у самой вершины, судорожно цеплялся за ствол.
Зрелище было настолько комичным, что Мариан фыркнул.
– Сейчас! – крикнул он.
– Быстрее, не то я упаду! Ради бога, спасите!
Однако это оказалось не так просто. Ветви наверху были такими тонкими, что вряд ли выдержали бы двоих. Хрупкий ствол опасно раскачивался, к тому же профессор, вцепившийся в Вальчака обеими руками и впившийся в него ногтями, дрожал всем телом. Парень начал спускать Сколинского вниз, перебираясь с ветки на ветку и нимало не заботясь о том, какие следы это путешествие оставит на одежде несчастного, который лишь стонал:
– А-а-а!
Упав на мох, профессор несколько минут не мог прийти в себя, но наконец воскликнул:
– Где мой бинокль?
– Вот он, – ответил Вальчак, гадая, что старик делал на дереве с биноклем.
– Юноша, – торжественно произнес профессор, – если бы не вы, я бы упал, потому что не переношу высоты.
– Зачем же вы туда полезли? – спросил Вальчак, прикинувшись дурачком. – На замок хотели посмотреть? – вдруг догадался он.
Проследив за взглядом профессора, он увидел начинавшиеся за лесом болота; подальше, в нескольких километрах, высились стены и две угловые башни, над которыми громоздилась главная часть замка с островерхой крышей. Примерно из середины строения торчала самая высокая – четырехгранная – башня, замеченная юношей, когда они ехали со станции. Кое-где виднелись черные проемы узких окон; изъеденные временем грубые стены дышали надменным, мертвым одиночеством. Отсюда замок выглядел еще величественнее и как-то еще более фантастично…
– Гм… в том числе… – осторожно сказал профессор. – В том числе хотел и замок рассмотреть. А вы откуда здесь взялись?
– Я был в лесу и заблудился.
Профессор внимательно разглядывал его.
– Вы здесь чужой, – сказал он, словно размышляя о чем-то.
Вальчака забавляла его сморщенная, румяная физиономия, находившаяся в постоянном движении.






