Вы ведь слышали ходящие о вас слухи?
— Меня просветили в первый же день, — Анна почувствовала, как против воли на лицо наползла кислая гримаска.
Вестники духов даже среди одаренных считались существами чудесными, им приписывали разнообразные таланты, иногда совершенно удивительные. Исцеление болезней прикосновением, пророческий дар, понимание языков животных и птиц, умение приходить в чужие сны, видеть истину и много чего ещё. Реальные факты переплетались со сказками, фантазия людей удержу не знала. Анну, в целом, ходящие о ней слухи не волновали бы, если бы не возможные последствия. Например, в одном показанном ей трактате говорилось, что из крови осененных благодатью Царства можно изготовить продлевающий жизнь эликсир. Чушь, конечно, но ведь наверняка кто-то поверит.
Оказаться на разделочном столе, быть разобранной на ингредиенты она совершенно не желала.
— Иногда я понимаю тех, кто, получив дар, стремится забраться в глушь и перестать контактировать с людьми.
— Многим удаётся, но вас в покое не оставят, — отметил очевидное Штальбюль. — Вы слишком известны, так что даже не пытайтесь спрятаться.
— Да и зачем? Теперь вас примут в любую магическую гильдию, достаточно будет лишь выразить пожелание. Причем, уверен, сразу предоставят полноправное членство. Или, если захотите, войдёте в свиту князя… Пусть Стормсонги всегда были боевыми магами, времена меняются, — сказал Болен.
— Но некоторые принципы остаются неизменными. В частности, стратегия выживания рода.
Мужчины обменялись короткими взглядами. Они давно, с первого знакомства, замечали за ученицей склонность к коротким, точным и необычным формулировкам. Словно девушка училась и воспитывалась в очень странной среде и привыкла мыслить её категориями.
— Давно замечено — маги, слишком тесно связанные с придворной жизнью, интригами, политикой, всегда плохо кончали, — не обратив внимания на переглядывания собеседников, продолжила Анна. — Их обвиняли в служении Рогатому, травили, сжигали, приговаривали к вечному покаянию, ссылали на край света. Или они просто переставали развивать дар, превращаясь в обывателей. Мне не хотелось бы подобной судьбы, мне ещё род восстанавливать.
— Потребуется дозволение сюзерена, чтобы передать вашему сыну фамилию Стормсонг, — сказал Штальбюль. — Я конечно, не сомневаюсь в его согласии…
Анна слегка пожала плечами. Да, князь, по соображениям приличия, обязан сделать всё для сохранения древнего благородного рода. Однако всегда найдутся варианты для отказа строптивой дворянке, если та не прислушивается к пожеланиям господина. Девушку данное обстоятельство ничуть не волновало, у неё имелся брат, настоящий наследник, о чем она собиралась молчать до последнего.






