Странное переплетение линий, но я не знаю, что оно означает.
Никита Михайлович сложил листок и убрал его в карман.
— Вы поедете с нами, Ирина Витальевна, — решил он. — Я предчувствую, что нам может понадобиться помощь целителя.
— Слушаюсь, господин полковник, — кивнула Суворова.
— Возьмите с собой менталиста, Никита Михайлович, — посоветовал я. — Мало ли как обернётся дело.
— Верно, — согласился Зотов и резко поднялся из кресла. — Едем, господа!
Мысленные распоряжения Никита Михайлович отдавал на ходу, стремительно шагая по коридору управления с полузакрытыми глазами.
Мы вышли на улицу. Возле мобиля нас ожидали Артём Сергеевич и Юрий Горчаков.
— С моим помощником вы уже знакомы, — отрывисто сказал Зотов. — А это наш менталист, князь Юрий Николаевич Горчаков. Юрий Николаевич, познакомьтесь: временный эксперт Тайной службы Ирина Витальевна Суворова.
— Рад знакомству, — вежливо поклонился Юрий.
Суворова сухо кивнула в ответ. Она смотрела на Юрия с явной неприязнью.
— Господин полковник, вы позволите мне сесть впереди? — спросила она.
— Нет, — резко ответил Зотов. — Рядом со мной сядет господин Тайновидец. А вы разместитесь на заднем сидении, там достаточно места.
Горчаков открыл перед Суворовой дверцу, но она даже не взглянула на него.
Обиженно дёрнула плечом и уселась в мобиль.
Прежде чем запустить мотор, Зотов снова протянул мне рисунок.
— Посмотрите на него ещё раз, господин Тайновидец, — предложил он. — Проверьте свою интуицию, может быть, она что-нибудь вам подскажет.
Я молча кивнул и взял листок в руки. Несколько секунд внимательно смотрел на него, затем прикрыл глаза и сосредоточился на своих ощущениях.
Какая-то магия в этом рисунке определённо была. Мой магический дар откликнулся на неё еле слышным недовольным гудением. Я попытался понять, в чём сила этой магии. Но у меня ничего не вышло.
— Александр Васильевич, вы позволите мне взглянуть? — неожиданно спросил Юрий.
— Вы разбираетесь в рунах? — удивился я, передавая ему листок с рисунком.
— Когда-то я очень хотел стать могущественным магом, — сухо усмехнулся Горчаков. — Думаю, вы помните. Тогда я искал силу всеми возможными способами, и древние руны были одним из них. Я тщательно изучал древние письмена и даже пробовал приручить магию с их помощью.
— И как, получилось? — поинтересовался я.
— Вы же знаете, что нет, — усмехнулся Юрий. — Но руны я помню до сих пор.
Он взглянул на листок и уверенно заявил:
— Это не скандинавское письмо и не древнегерманское. Там совсем другие символы.
— Жаль, — поморщился Зотов.
— Ну, одно я могу сказать точно, — добавил Юрий. — Это не руна, а гальдрастав.
— Что? — удивился я.
— Гальдрастав, — по слогам повторил Ярчиков. — Соединение нескольких рун. По сути, целое заклинание, зашифрованное в одном рисунке.






