— Только этого нам не хватало, — угрюмо сказал Зотов, не отрывая взгляд от дороги. — Получается, кто-то нашёл новый способ договориться с магией. И этот способ нам неизвестен.
— И не просто нашёл, а распространил его по всей Столице, — добавил я.
— Именно, — кивнул Никита Михайлович. — Чувствую, нам с вами предстоят непростые денёчки.
Через несколько минут Никита Михайлович остановил мобиль возле полицейского участка. У двери о чём-то разговаривали трое городовых. Увидев нас, они замолчали и почтительно вытянулись.
— Где следователь Прудников? — отрывисто спросил у них Зотов.
— Господин следователь в своём кабинете, — ответил один из городовых.
Никита Михайлович махнул нам рукой:
— Идёмте, господа.
Но в эту секунду Прудников сам появился на крыльце. Наверное, кто-то из городовых послал ему зов, увидев наш мобиль.
— Что вам угодно? — воинственно выпятив грудь, осведомился Прудников.
— Мне угодно допросить вашего арестанта, — сухо ответил Зотов. — А эти господа — со мной.
Прудников резко тряхнул головой, и его круглые очки сверкнули на солнце.
— Это ни к чему, — отважно заявил он. — Подозреваемый уже дал признательные показания, и я тщательно зафиксировал их в протоколе. Если вы настаиваете, я готов передать вам копию документа.
— Что? — изумился Зотов и тяжёлым взглядом уставился на Прудникова. — Вы отказываете мне в разговоре с арестованным?
Я попробовал урезонить следователя:
— Степан Богданович, дело куда серьёзнее, чем вам кажется. В этом преступлении замешана неизвестная магия. Позвольте нам пройти и поговорить с арестантом.
— Вы ошибаетесь, ваше сиятельство, — громко ответил Прудников. — Это обычное убийство с целью ограбления.
Его голос жалобно взвизгнул.
— Вы в своём уме, господин следователь? — наконец-то опомнился Зотов. — Я хочу допросить задержанного, и я его допрошу. Дайте сюда ключи от камеры, иначе я вас арестую.
— Я буду жаловаться господину полицмейстеру! — закричал Прудников. — Это полицейское расследование, и вы не имеете права его забирать!
Не тратя лишних слов, Никита Михайлович сгрёб его за отворот мундира.
— Ключи от камеры сюда, быстро. Ну!
Прудников выхватил из кармана связку ключей и смешно вытаращил глаза.
— Не дождётесь, — смело заявил он в лицо Зотову, а затем размахнулся и швырнул ключи на другую сторону улицы. — Вот вам!
Никита Михайлович удивлённо покачал головой.
— Арестовать его, — коротко сказал он своему помощнику.
Затем оттолкнул Прудникова с дороги и вошёл в полицейский участок.
Тяжёлая стальная дверь камеры была надёжно заперта, но Никиту Михайловича это не остановило. Он ударил по двери кулаком, и она распахнулась с жалобным скрипом.
Мы вошли в камеру.
Арестант сидел на узкой койке, поджав ноги, и с испугом смотрел на нас. Он был худ и невзрачен.






