Помещица
Алёна Цветкова
Я собиралась на спектакль, а попала в другой мир. Меня зовут именем главной героини, и все кажется знакомым: приданого нет; мать мечтает выдать замуж за богатого; ревнивый жених смотрит как на победный трофей; и даже рана от пистолетного выстрела имеется... Но все оказалось совсем не так, как я себе представляла. И теперь все вокруг считают, что я сошла с ума. К счастью, у меня есть выбор: отправиться в лечебницу со всеми удобствами или в деревню, в глушь, в разоренное после реформы поместье.
ПОМЕЩИЦА
ГЛАВА 1
— Ангелина Егоровна! — Кристина ворвалась в кабинет без стука, так громко хлопнув дверью, что звук раздался словно выстрел.
Я вздрогнула и подняла голову от финансовых отчётов. Цифры категорически не нравились: интуиция подсказывала: где-то здесь ошибка. Просто пока я ее не нашла.
— Что случилось, Кристина? — недовольно проворчала я, поправляя очки, сползшие с носа.
Старые, со сломанной дужкой, перемотанной изолентой. Та давно потеряла клейкость и выполняла скорее декоративную функцию. Рядом лежали другие — в дорогой оправе, с прогрессивными линзами, позволяющими чётко видеть и вблизи, и вдали. Но старые очки были моим талисманом: мне казалось, в них всё выглядит яснее.
— На следующей неделе в область с гастролями приезжает Московский театр! Мой любимый братик обещал достать билеты на «Бесприданницу»! — Кристина закружила по кабинету, смеясь и хлопая в ладоши, как ребёнок.
Я вздохнула. Похоже, на сегодня с отчётами покончено. Стянула очки, небрежно бросила их на стол и спросила:
— А муж то отпустит?
— Уже отпустил! — ликующе закричала Кристина. — Представляете, ещё немного — и моя мечта исполнится!
— Я очень рада, — кивнула я. Получилось немного сухо, но Кристина уже привыкла к моей сдержанности. — Надеюсь, ты предупредила брата, что я тоже не прочь воспользоваться его связями и получить билет на спектакль?
— Ну конечно, Ангелина Егоровна! — Радость коллеги было невозможно омрачить. — Димка ни за что не отпустил бы меня без вас.
Я кивнула. Дмитрий — муж Кристины, которую я с большой натяжкой могу назвать своей единственной подругой (несмотря на разницу в тридцать с лишним лет), мне не нравился. Особенно раздражала его склонность ревновать к каждому, кто оказывался рядом с женой. Это, на мой взгляд, говорило не о любви, как полагала наивная Кристина, а о слабости и неуверенности в себе. Впрочем, мне с ним жить не предстояло, и я держала язык за зубами, подавляя желание открыть глаза бедной девочке.
Вспоминала, к чему приводит вмешательство в чужую семью. Моя собственная распалась из за «доброжелателей», решивших открыть мне глаза на измены мужа через месяц после свадьбы. Я была в ярости, жаждала отомстить, причинить ему такую же боль.






