ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Сборник рассказов Энни Прул, лауреата Пулицеровской премии, автора романа «Корабельные новости», — это истории непростой жизни обитателей северного штата Вайоминг, каждый день доказывающих свое право на жизнь. Один из рассказов, «Горбатая гора», лег в основу сценария оскароносного блокбастера «Горбатая гора» известного режиссера Энга Ли. Захватывающий дух пейзаж американского севера, эдемский сад штата Вайоминг. Два романтически настроенных молодых ковбоя отправились на дальнее пастбище. Ветер, горный ручей, цветущая долина и Горбатая гора были свидетелями и соучастниками их преступления…

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но Меро не хотелось сдаваться, когда до цели было уже совсем рукой подать, не хотелось проделывать снова, ночью, в плохую погоду, этот длинный путь в темноте, когда он сейчас, может быть, в каких-нибудь двадцати минутах езды от ранчо.

Он ехал очень медленно, по своим собственным следам, и вот справа показался въезд на ранчо, хотя ворот уже не было и вывеска исчезла. Из-за этого Меро и пропустил его, из-за этого и из-за того, что густые заросли кустарника скрыли проезд.

Он повернул, испытывая своего рода триумф. Но дорога под снегом оказалась ухабистой и все ухудшалась и ухудшалась до тех пор, пока автомобиль не начал прыгать по валунам и булыжникам и Меро не понял: куда бы он ни попал — это точно не то место, куда ему надо.

Он не мог развернуться на узкой дорожке и стал осторожно пятиться назад, опустив стекло и отчаянно вытягивая свою негнущуюся шею, вглядываясь в красноватый свет задних фар. Правое заднее колесо наехало на колдобину, соскользнуло и провалилось в топкую яму. Колеса крутились в снегу, но не находили точки опоры.

— Я посижу здесь, — сказал он вслух. — Посижу здесь, пока не рассветет, а потом пойду на ранчо Баннера и спрошу чашку кофе. Я, конечно, замерзну, но ведь не до смерти.

Ему представилось, как славно все это получится. Боб Баннер откроет дверь и скажет: «Ой, да это же Меро! Заходи, выпей кофе и съешь свежего печенья». Но тут Меро вспомнил, что Бобу Баннеру, которому он отвел эту роль, должно быть не меньше ста двадцати лет. Он был сейчас, наверное, милях в трех от ворот усадьбы, а дом Баннера находился еще в семи милях за воротами. В общем, десятимильная прогулка по горам в снежную бурю. С другой стороны, у него еще полбака топлива. Можно завести двигатель, прогреть машину, а потом снова заглушить, потом снова завести, и так целую ночь. Да, не везет, но не более того. Главное — терпение.

Меро продремал с полчаса в раскачиваемой ветром машине и проснулся, дрожа от холода. От напряжения конечности свело судорогой. Хотелось лечь. А может, попробовать засунуть плоский камень под это проклятое колесо? «Никогда не сдавайся», — сказал себе Меро, шаря на полу под задним сиденьем фонарик в сумке первой помощи, но потом вспомнил, что разбитую машину увезли вместе с сигнальными ракетами, и телефоном, и картой Ассоциации автомобилистов США, и фонариком, и спичками, и свечкой, и шоколадными батончиками, и бутылкой воды; и все это теперь, наверное, перекочевало в чертову машину чертовой жены этого чертова эвакуаторщика. Впрочем, снег хорошо отражает свет, можно увидеть все, что нужно, и без фонарика. Он надел перчатки и толстое пальто, вышел наружу и запер дверцу; осторожно обошел машину и наклонился. Задние фары освещали снег под колесом автомобиля, делая его похожим на свежее пятно крови.