ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Третья книга проекта "Секвенториум" Терминатор Лякмунт 17.12.2003, Сан-Франциско, США Полутемный зал, как в небольшом провинциальном кинотеатре. Десяток рядов кресел, обитых красным плюшем, пустуют, лишь в первом ряду на удалении друг от друга сидят три молодые женщины. Одна из них – миниатюрная худая девица с яркой внешностью кореянки с глянцевого календаря, совсем молодая, почти девочка, жует жвачку и с независимым видом изучает лепной потолок. Две другие – блондинка и рыжая, сидящие по обе стороны от кореянки, выжидательно смотрят на освещенную пустую сцену, искоса наблюдая за соседками. Откуда-то сбоку на сцену выходит бизнес-леди с короткой темной прической, в строгом костюме и на высоких каблуках. Движется изящно и очень уверенно, совсем не глядя под ноги – ее взгляд обращен куда-то вверх, выше голов сидящих девушек, на губах – приветливая улыбка – красивая и холодная, как и сама леди. – Рада приветствовать вас в группе Урса , – голос низкий, с легкой хрипотцой, которая так нравится мужчинам, – в течение ближайшего часа я собираюсь объяснить, почему и зачем вы здесь. Чтобы нам было легче понять друг друга, я сейчас вас ознакомлю с одним произведением, – не дожидаясь согласия, леди прикрыла глаза и патетично, словно поэтесса начала двадцатого века, начала читать по памяти: Что делать, если за два месяца с неба не упало ни капли дождя, если сочная трава, дававшая пищу табунам, вся высохла, а некогда полноводное озеро, из которого пили и люди, и животные, превратилось, в топкую лужу с растрескавшимися краями и скоро, похоже, исчезнет совсем? Что делать, если дикие стада легконогих и рогатых, с ароматным мясом, способным насытить и мужчин, и женщин, ушли от засухи на юг, а вам туда пути нет – люди юга встретят пришельцев острыми стрелами, а с выжившими сделают такое, о чем страшно думать, не только гов

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Сухощавый старик, облаченный во что-то вроде мантии бордового цвета, с опаской бросил взгляд на деревянную дверь кельи. Затем приблизился к двери, приложил ухо к дереву и негромко сказал:

– Кажется, там никого нет. А то Ваджра вечно подслушивает – беспокоится за меня.

Затем, смутившись, повторил мысленно:

– Никого нет. Все сейчас на хозяйственных работах.

– Да. Все работают. А мы с тобой поговорим. Ты готов?

– Кто ты?

В ответ раздался смех.

– Нет, это ты мне скажешь – кто я.

– Я не знаю. Асур? Один из богов? Демон? – как я могу знать?

– Я тебе помогу, – в голове старика возник смех – низкий и очень громкий. Казалось, камни должны дрожать от этого смеха – старик даже приложил руку к недвижимой прохладной стене кельи, ожидая ощутить сотрясение. Отсмеявшись, голос сообщил:

– Я – самый могущественный из всех. Я могущественнее всех, кого ты можешь представить. Я тебе помог? – старик лишь в недоумении пожал плечами.

– Конечно, нет, – кажется, у голоса прорезались веселые нотки, – в твоем языке нет для меня названия.

– Мне кажется, мы говорим на английском, я прав? – старик почувствовал, что голос молча с ним согласился.

– Мы говорим на английском потому, что он лучше всего годиться для общения с тобой?

– Совсем нет. Скорее – наоборот. В других известных тебе языках – тибетском, китайском и хинди есть слова для обозначения некоторых предметов, о которых мы с тобой будем разговаривать. А назвав что-то, ты скрываешь его сущность за словом. Не этому ли ты всех учишь в последние сорок лет, старик? Кстати, можно я буду тебя называть твоим старым именем – Эрчжи?

– Конечно. Вспомнить детство любому приятно, – старик улыбнулся и повторил вслух своё детское имя, – Эрчжи.

– А как мне называть тебя? – похоже, старик не оставил мысли разузнать что-нибудь об обладателе громового голоса от него самого.

– Хороший вопрос. Давай, выберем, что-нибудь не слишком экзотическое – Чжан, Ван, Ли – как тебе? Или, возможно, Анил, Арджун, Пранав? А, может быть, тебе больше понравится Нима, Дава, Мимар? Есть еще варианты: Смит, Браун, Джонс

[1]

Перечисляются стандартные имена – соответственно, китайские, индийские, тибетские и американские. Для русских фамилий было бы Иванов, Петров, Сидоров.

. Решено! Зови меня мистер Джонс.

– Ты – американец?

На этот раз громовой хохот раздавался так долго, что старик успел освоиться и поддержал его своим дребезжащим смехом, потом бросил опасливый взгляд на дверь, хихикнул еще раз и, на сей раз мысленно, произнес:

– Ну что ж, давай поговорим.

– Пусть это будет игрой, – предложил голос, точнее, мистер Джонс, – ты мне можешь задавать любые вопросы, а затем, когда-нибудь потом, попробуешь рассказать, кто я.

– Любые вопросы? И ты на них ответишь?

– Если ответ существует, ты его получишь – спрашивай, что хочешь.