И вовсе не разделяла взглядов своей погрязшей в предрассудках мамочки. Она выйдет за него замуж, и все приятели Клиффорда будут ею восхищаться.
Рейни пересекла бальную залу и оказалась лицом к лицу с матерью, которая мило беседовала со знакомыми. Мать с укором и затаенным осуждением взглянула на дочь, и у Рейни на душе заскребли кошки. Тем не менее она отметила про себя, что мать, как всегда, великолепно выглядит. Обычное сочетание шика и благопристойности. Иногда Рейни спрашивала себя: как случилось, что ее отец – жизнерадостный, неугомонный ирландец – мог влюбиться в Розу де Шани?… Конечно, в молодости мать не была такой занудой и воплощенной благопристойностью. Впрочем, воплощенной благопристойностью она, наверное, была всегда… Скорее уж, отца могла покорить женщина вроде бабушки, которая была само обаяние – умница и прелесть. Вся молодежь просто боготворила ее. За исключением Клиффа. Однако не только мать, но и бабушка была настроена против него. Вполне возможно, враждебность бабушки объяснялась тем, что мать заранее настроила ее против него. И это было Рейни особенно обидно.
– Где ты была? – отрывисто поинтересовалась у дочери миссис Оливент.
Неожиданно для себя Рейни обрела уверенность и решила, что не опустится до лжи. В моменты душевного волнения ее серые глаза широко раскрывались и, казалось, излучали сияние.
– Мне нужно было переговорить с Клиффом, – ответила она. – Надеюсь, ты не против?
Роза Оливент едва не задохнулась от гнева. Она обожала единственную дочь (которая, кстати, была копия Микаэля Оливента, а мужа Роза любила беззаветно), но все, что делала дочь, шло вразрез со взглядами матери.
– Ты с ума сошла! – выдохнула она. – Подумай о своей репутации!
Рейни упрямо сжала губы. Никто, кроме матери, не видел этого ожесточенного напряжения.
– Ах, мамочка, ты несправедлива к Клиффу! Это просто смешно. Ведь ты его совсем не знаешь, а думаешь о нем Бог знает что.
– Вовсе нет, – возразила мать. – Всякий раз, когда я слышу его имя, я вспоминаю о его похождениях, которые, по моим представлениям, не свидетельствуют о его порядочности. Я уже сто раз говорила тебе, что единственное, что им движет, это корысть. Он хищник, который…
– Корыстный! Непорядочный! Хищник! – с горьким смехом передразнила мать Рейни. – Если бы ты знала, как я устала от всего этого, мамочка!
– Я тоже устала. И твое сегодняшнее поведение стало последней каплей, – мрачно проговорила миссис Оливент. – Я говорила с бабушкой, и мы решили, что сразу же после торжеств по случаю Коронации мы втроем уезжаем в Шани.
Рейни была потрясена. Кровь отхлынула от ее ангельского личика. И без того бескровное, оно сделалось мертвенно-бледным. Вид у нее был такой жалкий, что мать не выдержала и взяла ее за руку.
– Не нужно так убиваться.






