«Боже мой, – пронеслось у него в голове, – какие у нее глаза! Какая линия губ! У нее должна быть пламенная душа, а внешне она холодна, словно альпийский ледник!…»
Немного погодя, когда они пошли танцевать, Арман поразился тому, как легок ее изящный стан. В своем пышном классическом платье она напоминала сказочную фею. Его охватило такое смущение, что от робости он не мог связать двух слов. А ведь ему так хотелось поговорить с ней! Ему хотелось рассказать, как он благодарен графине, что та дала ему шанс проявить себя, а также о том, с каким наслаждением он взялся бы писать ее, Рейни, портрет…
Между тем Армана никак нельзя было назвать застенчивым молодым человеком. Женщин всегда привлекали в нем студенческая раскованность и естественность. На Рейни, однако, он не произвел впечатления. Для нее он был еще одним знакомым французом – и только. Несмотря на свои французские корни, Рейни не питала особой любви к французам. Она мечтала выйти замуж за англичанина, и ее немеркнущим идеалом был Клиффорд. Ее глаза сами собой заскользили по пестрой толпе, пока не озарились радостью: она увидела Клиффа! А тот танцевал с какой-то незнакомой девушкой. Это была высокая блондинка, довольно хорошенькая, в бледно-желтом платье. Рейни восхищалась своим статным и видным Клиффом. Рядом с ним другие молодые люди казались лилипутами.
– Когда же вы приедете в Шани? – услышала Рейни вежливый вопрос Армана.
Она неохотно оторвала взгляд от Клиффорда. Ее покалывала ревность: Клифф улыбался девушке в желтом и, казалось, получал большое удовольствие, танцуя с ней. Арман ждал ответа.
– Думаю, очень скоро, – ответила Рейни.
– Надеюсь, вы согласитесь мне позировать? – продолжал он.
– Возможно, – безучастно откликнулась она.
Он сделал вид, что не замечает ее равнодушия.
– Вы, наверное, очень счастливы, что владеете фамильным поместьем в Шани. Без всяких преувеличений, замок в Шани один из самых красивых на юге Франции.
Они кружились в медленном вальсе, и Арман принялся рассказывать Рейни о замке, который когда-то принадлежал монастырю. Там, где были монашеские кельи, теперь располагались апартаменты графини и комнаты для гостей. Он описывал изумительный вид, который открывался из верхних окон. Внушительные монастырские стены и теперь находятся в превосходном состоянии. Изнутри они отделаны деревянными панелями, и в комнатах очень уютно.
Рейни заметила про себя, что Арман – настоящий энтузиаст своего дела. Он был всецело поглощен работой. За это, наверное, бабушка и полюбила его. Она всегда покровительствовала талантам.
Рейни также не могла не заметить, что Арман де Руж довольно привлекателен. Черты его лица вызывали в памяти старинные французские гравюры, на которых были изображены благородные шевалье.






