ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Юная американка Джессика Таггерт преклоняется перед подвигами таинственного героя по прозвищу Мститель, за которым долго и безуспешно охотятся английские солдаты. С ее кумиром пытается соперничать повеса и кутила Алекс Монтгомери, задумавший жениться на Джессике. Могла ли она предположить, что загадочный Мститель и легкомысленный Алекс — один и тот же мужчина? И чтобы добиться любви Джессики, он готов открыть возлюбленной свою тайну… Джуд Деверо Мститель Глава 1 1766 год Александр Монтгомери развалился на стуле, вытянул длинные стройные ноги поперек застланного дорогим ковром пола каюты капитана корабля «Великая княгиня» и лениво наблюдал, как Николай Иванович распекает одного из своих слуг. Алекс в жизни не видел человека более спесивого, чем этот русский! — Попробуй только еще раз задевать куда-нибудь пряжки от моих туфель, и я сдеру с тебя шкуру и велю отрубить голову, — хрипло продолжал Ник с сильным акцентом. Интересно, по-прежнему ли русские великие князья наделены властью рубить головы неугодным?! — Убирайся! Прочь с глаз моих! — бросил Ник, взмахнув рукой в тонком кружеве манжеты. Слуга раболепно поклонился до земли и исчез. — Видишь, что приходится выносить, — посетовал Ник, как только они остались вдвоем в каюте. — Вижу, — сочувственно вздохнул Алекс. — Нелегко тебе приходится. Николай иронически вскинул брови, но промолчал и снова уперся взглядом в разложенные на столе карты. — Мы бросим якорь примерно в ста пятидесяти милях к югу от твоего Уорбрука. Как думаешь, кто-нибудь вызовется переправить тебя поближе к северу? — Наверняка, — небрежно кивнул Алекс, закидывая руки за голову и потягиваясь с такой силой, что его длинное тело заняло почти все пространство каюты. Давным-давно он приучился ничем не выражать своих чувств, и красивое лицо, как маска, скрывало мысли. Правда, Ник отчасти понимал, что сейчас должен испытывать друг, но даже не подозревал об исти

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Несмотря на то что голова, казалось, вот-вот разорвется, Алекс все-таки сумел удержать ее на плечах и даже встать. Похоже, он в тюрьме, в грязной камере с охапкой полусгнившей соломы на полу и бог знает чем в углах. Стена, которой он коснулся, была холодной и скользкой, и мерзкая слизь запачкала пальцы.

Он не помнил, откуда взялись силы, чтобы последовать за Ником. Солнце уже садилось. Значит, он почти целый день пролежал без сознания.

Их уже ожидал великолепный экипаж, запряженный породистыми лошадьми. Один из слуг Ника помог Алексу сесть в карету. И лишь тогда Ник разразился гневной тирадой:

Алекс и Элиас обменялись улыбками. Таггерты были посмешищем всего города. Стоило кому-то пожаловаться на неудачу, окружающие дружно указывали на Таггертов, которым приходилось куда хуже. Последние бедняки, вечно оборванные и грязные, они, однако, превыше всего ставили свою гордость.

— Джессика все такая же вспыльчивая? — пробормотал Алекс, улыбаясь при воспоминании о тощем чумазом отродье, которое по каким-то непонятным причинам из кожи вон лезло, чтобы сделать его жизнь адом. — Ей, должно быть, около двадцати, верно?

— Кажется, так.

Глаза Элиаса снова стали закрываться.

— И все еще не замужем?

— Кто на такой женится? — сонно промямлил Элиас. — Вы давно не видели Джесс. Она здорово изменилась.

— Очень сомнительно, — хмыкнул Алекс как раз в тот момент, когда голова Элиаса упала на грудь, а сам он захрапел.

Алекс повернулся к Нику:

— Придется возвращаться. Своими глазами увидеть, что там творится. Марианна просит приехать и помочь им. Вряд ли все так плохо, как кажется. Мой отец всегда считал Уорбрук своим личным маленьким владением и, похоже, не желает ни с кем делить власть. А если один из этих Таггертов сует свой нос в его дела и подстрекает народ, неудивительно, что в городе начались неприятности. Я вернусь и наведу порядок. Кажется, недель через шесть какой-то корабль отплывает в Америку. Может, капитан еще не набрал команду.

Ник опрокинул очередную рюмку с водкой.

— Я сам тебя отвезу. Мои родители хотели посмотреть Америку. Кроме того, там у меня есть родственники. Отвезу тебя в твой город, а там делай, что сочтешь нужным. Да и сын должен повиноваться отцу.

Алекс улыбнулся Нику, не показывая, как расстроен известием о болезни Сейера. Трудно представить, что его грузный, громкоголосый, требовательный отец внезапно превратился в прикованного к постели инвалида.

— Договорились, — кивнул он. — Буду счастлив отплыть с тобой.

Разговор происходил несколько недель назад, но теперь они готовились бросить якорь, и Алексу наконец-то предстояла встреча с родиной.

Городок Нью-Суссекс оживленно и деятельно бурлил. Здесь стоял оглушительный шум.