Солдат мешком свалился на пол, а край столешницы придавил его ногу. Послышался вопль боли. Остальные пятеро налетели на Алекса. Ему удалось вывести из строя двоих, после чего он схватил ручку тяжелого котелка, висевшего над огнем. И хотя обжег себе руку, ухитрился обварить живот третьего, в которого и полетел котелок. Он уже собирался огреть стулом четвертого, но хозяин кабачка ударил Алекса по голове тяжелой пивной кружкой. Алекс медленно осел на пол.
И пришел в себя, только когда на него вылили ведро холодной грязной воды. Алекс с трудом открыл глаза. Голова отчаянно болела, и, судя по невыносимому смраду, он попал прямо в ад.
— Вставай. Ты свободен, — проворчал кто-то.
Алекс кое-как умудрился сесть и даже открыть один глаз, но нестерпимое сияние заставило его снова зажмуриться.
— Алекс! — окликнул его кто-то. Он с трудом узнал Ника. — Я пришел увести тебя из этой клоаки, но будь я проклят, если понесу тебя на руках. Иди за мной. Хоть на четвереньках ползи.
Сияние, как выяснилось, исходило от нескольких фунтов золотых галунов на мундире Ника. Алекс сообразил, что его друг соизволил надеть один из мундиров, которые обычно использовал, чтобы чего-то добиться. Алекс также знал, что Ник вовсе не желал испачкать тонкое сукно, таща на себе избитого друга.
Несмотря на то что голова, казалось, вот-вот разорвется, Алекс все-таки сумел удержать ее на плечах и даже встать. Похоже, он в тюрьме, в грязной камере с охапкой полусгнившей соломы на полу и бог знает чем в углах. Стена, которой он коснулся, была холодной и скользкой, и мерзкая слизь запачкала пальцы.
Он не помнил, откуда взялись силы, чтобы последовать за Ником. Солнце уже садилось. Значит, он почти целый день пролежал без сознания.
Их уже ожидал великолепный экипаж, запряженный породистыми лошадьми. Один из слуг Ника помог Алексу сесть в карету. И лишь тогда Ник разразился гневной тирадой:
Обняв жену за талию, он улыбнулся:
— Пойдем домой.
— Да, — прошептала она и прильнула к нему.
Эпилог
— Ты видел миссис Фарнсуорт? — рассмеялась Джесс. — Девяносто лет, и ни днем меньше. Подумать только, она нацепила маски на всех своих кошек!
Назавтра после суда Джессика, Алекс и Элинор сидели в общей комнате. Городские власти объявили этот день праздничным, и Элинор погасила огонь в печи, утверждая, что при таком количестве заказанного Сейером пива никто и не вспомнит про еду.
После позорного суда адмиралу было приказано с бесчестьем вернуться в Англию. Его послужной список был навеки запятнан. Адмирал, не желая страдать в одиночку, свалил свою неудачу на Джона Питмана. В результате последний лишился своей должности и тоже был отослан в Англию. Марианна отказалась сопровождать мужа.
— Итак, все кончено! — объявила Джесс, держа руку Алекса и не сводя с него глаз.






