ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Валентин Саввич Пикуль считал себя счастливым человеком: тринадцатилетним мальчишкой тушил «зажигалки» в блокадном Ленинграде — не помер от голода. Через год попал в Соловецкую школу юнг; в пятнадцать назначен командиром боевого поста на эсминце «Грозный». Прошел войну — не погиб. На Северном флоте стал на первые свои боевые вахты, которые и нес, но уже за письменным столом, всю жизнь, пока не упал на недо-писанную страницу главного своего романа — «Сталинград». Каким был Пикуль — человек, писатель, друг, — тепло и доверительно рассказывает его жена и соратница. На протяжении всей их совместной жизни она заносила наиболее интересные события и наблюдения в дневник, благодаря которому теперь можно прочитать, как создавались крупнейшие романы последнего десятилетия жизни писателя. Этим жизнеописание Валентина Пикуля и ценно.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

«В целях создания кадров будущих специалистов флота высшей квалификации, требующих длительного обучения и практического плавания на кораблях ВМФ, приказываю:

1. К 1 августа 1942 года сформировать при учебном отряде СФ школу юнг ВМФ со штатной численностью переменного состава 1500 человек, с дислокацией на Соловецких островах.

2. Школу укомплектовать юношами комсомольцами и не комсомольцами в возрасте 15–16 лет, имеющими образование в объеме 6–7 классов, исключительно

добровольцами».

Тысячи мальчишеских сердец с пионерскими галстуками и комсомольскими значками взволновал приказ комиссара ВМФ.

Работники комсомола не всегда могли удовлетворить просьбы всех желающих стать моряками. Большинство мальчишек, ставших юнгами, ушли со школьной скамьи, но были и такие, которые уже испытали все «прелести» взрослой жизни, придя из партизанских отрядов и от заводских станков. Многим из них отказывали, тогда самые отчаянные пытались бежать…

К беглецам в Школу юнг присоединился и Валя Пикуль, и, чтобы его приняли, он прибавил себе год.

В день своего четырнадцатилетия Валентин, ещё не оправившись от блокады, больной цингой, брёл неторопливым шагом по берегу речушки Курьи и вспоминал рассказ старшины Н. И. Сметанина об истории судоверфи в Соломбале. Неожиданно его внимание привлекла группа подростков, примерно возраста Вали, может быть, чуть постарше, шагавших строем в сторону полуэкипажа.

— Кто вы такие? — крикнул им Валентин.

— Юнги, — ответили те. У Валентина в душе всё перевернулось. И откуда только взялись силы у цинготного мальчишки? Бегом домой. Схватил со стола две тетради по морскому делу из кружка «Юный моряк» и бросился вслед за строем. Именно эти тетради сыграли решающую роль в биографии подростка при определении дальнейшей судьбы!

Всё решилось на собеседовании в приёмной комиссии, перед которой Валя разложил свои «сочинения» по морскому делу и почти скороговоркой выкрикнул названия всех 32 румбов компасной картушки.

Учитывая хорошие знания Валентина по морскому делу, комиссия сделала для него исключение и зачислила в Школу юнг с пятью классами образования.

Так Валя стал юнгой. Получил форму. И совсем не страшно, что роба была ниже коленей, а брюки он стягивал ремнем под мышками…

Бросив вызов судьбе, среди чужих людей, ставших для него родной семьёй, Валя сделал решительный шаг по пути осуществления мечты — стать моряком.

Отец быстро отыскал беглеца, пришёл с сыном попрощаться. Положение на фронтах летом 1942 года было угрожающим, и Савва Михайлович в составе морской пехоты добровольцем уходил под Сталинград. Внешне отец был спокоен и в душе одобрял самостоятельность и ответственность поступка сына. Он не подозревал, что видятся они в последний раз.