Сейчас здесь располагались комнаты для гостей, но Ноэль отчетливо мог представить себе, как жила его мать. Зато второй этаж претерпел значительные изменения. Сейчас здесь находились маленькие спальни, гостиные, библиотека, комната для шитья и комната, вся забитая игрушками. Очевидно, в доме произошла перепланировка, и от прошлого мало что уцелело. Парадная лестница все же оставалась такой же величественной и торжественной. Ноэлю очень легко было представить себе дедушку, сидевшего во главе стола в огромной столовой. На мгновение юноша вспомнил про нацистского генерала, развлекавшегося здесь с девочками, но быстро отогнал неприятное видение.
Он рассыпался в благодарностях перед пожилой парой, перед уходом сделал фотографию дома. Может быть, он попросит Тамми сделать набросок с фотографии и потом подарит матери. Эта идея очень понравилась ему. Он потратил массу времени, чтобы отыскать на Грюневальдском кладбище место захоронения семейства фон Готхардов; наконец нашел и долго вчитывался в имена дядьев и тетушек, прабабушек и прадедушек – никого из них он не знал. Только одно имя было ему знакомо – имя его бабушки Кассандры фон Готхард. Интересно, отчего она умерла такой молодой – всего в тридцать лет?
Кое о чем Ариана никогда не рассказывала сыну – она считала, что ему не нужно этого знать. Например, о самоубийстве ее матери – Ариана никогда не могла без ужаса думать об этом. И еще мать никогда не рассказывала сыну о своей недолгой семейной жизни с Полом Либманом. Зачем мальчику все это? К тому времени, когда он стал достаточно взрослым, чтобы понимать подобные вещи, Ариана и Макс пришли к выводу, что это событие касается только самой Арианы и никого более, поэтому ее сына вовсе не следует посвящать в подробности.
Ноэль медленно бродил по тихому кладбищу, разглядывал могильные холмы. Наконец он вернулся к машине и поехал по направлению к Ванзее, но на этот раз его ждало разочарование. Он так и не смог найти дом, о котором он все еще смутно помнил из рассказов матери. Теперь там стояли аккуратные ряды многоэтажных зданий. Дома, где жили его мать и Манфред, больше не существовало.
Ноэль пробыл в Берлине еще три дня. Он снова ездил в Грюневальд, в Ванзее, но большую часть времени юноша проводил по другую сторону стены. Восточный Берлин действовал на Ноэля завораживающе – там жили совершенно другие люди. Какими невыразительными были их лица, какими убогими магазины! Это была его первая и единственная встреча с коммунизмом, который являлся для Ноэля куда большей реальностью, чем смутные тени нацизма, пытавшиеся проникнуть в сегодняшнюю жизнь.
Из Берлина Ноэль поехал в Дрезден, где пробыл некоторое время. Главным образом его интересовал замок, за который Ариане выплатили компенсацию.






