ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

Блестящая красавица Кассандра фон Готхард, ее муж-банкир, подрастающие дети, любовник Кассандры, известный писатель Штерн, – жизнь всех этих людей рушится, сломленная поднимающим голову фашизмом. Испытания, выпавшие на долю героев, растянулись на многие годы. Обаятельный образ выросшей дочери фон Готхардов Ариадны, ее любовь, женская судьба, обретенное счастье – в центре этого насыщенного событиями романа. Даниэла Стил Кольцо Книга первая Кассандра Глава 1 Кассандра фон Готхард сидела на берегу пруда в Шарлоттенбургском парке и смотрела, как по воде разбегаются круги. Длинные тонкие пальцы подняли еще один гладкий камешек и, немного помедлив, швырнули его в пруд. Августовский день был солнечным и жарким; золотистые с медным отливом волосы молодой женщины плавной волной ниспадали на плечи. Тонкий гребень слоновой кости, не дававший золотым прядям опускаться на глаза, еще более подчеркивал гармонию прекрасного лица. Глаза у Кассандры были огромные, миндалевидные, синевой не уступавшие цветам, которые росли на соседней клумбе. Временами в них вспыхивали искорки веселья, но даже в такие минуты эти глаза сохраняли выражение нежной задумчивости. Они могли одновременно ласкать и дразнить, а в следующий миг становиться рассеянными и мечтательными, словно их обладательница погружалась в некие ей одной доступные грезы, связанные с реальностью не больше, чем вычурный Шарлоттенбургский замок с деловитой суетой окружавших его берлинских улиц. Старый замок, застывший во времени, парил над водами пруда и взирал на Кассандру благосклонно, словно признавал ее существом из своей эпохи. Кассандра раскинулась на траве и стала похожа на романтический портрет или прекрасное видение. Ее длинные пальцы рассеянно перебирали стебли травы в поисках следующего камешка. Неподалеку в воде шумно плескались две утки, чем приводили в полный восторг малышей, наблюдавших за ними с берега и радостно хло

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Бросаться гарвардским дипломом, словно это ничего не значащий клочок бумаги? Ты явно не в себе, детка.

– И это все, что ты можешь сказать?

Глаза ее сузились, девушка казалась рассерженной и обиженной. Но он тут же взял ее за руку и нежно поцеловал.

– Нет, не все, и ты это отлично знаешь. Я всего лишь хотел обратить твое внимание на следующее обстоятельство. – Он ласково усмехнулся. – Ты не желаешь сидеть в Гарварде еще два года и ожидать моих приездов, и все из-за своего сладострастия.

– Да, потому что это глупо. Тяжело для тебя и для меня. Ты сейчас начнешь работать, да еще собираешься заниматься наукой. Как ты думаешь, часто ли ты сможешь приезжать? Я тоже едва ли смогу ездить туда-сюда – нагрузка в этом году еще больше, чем раньше. А если я переведусь сюда, мы будем чаще проводить время друг с другом.

Огромные глаза Тамми умоляюще глядели на него, и Ноэль изо всех сил боролся с собой, чтобы не уступить.

– Тамми, я не хочу, чтобы наши отношения повлияли на твое решение. Слишком все это важно. Столь серьезная перемена может испортить всю твою карьеру.

– О, ради Бога, не будь таким снобом. Я ведь собираюсь перевестись в Колумбийский университет, а не в какой-нибудь заштатный колледж.

– А почему ты уверена, что тебя примут?

Ноэль отчаянно старался исполнить до конца свой долг, но столь же отчаянно желал, чтобы она осуществила задуманное.

– Я уже узнавала. Мне сказали, что я могу начать со следующего семестра.

Он со значением посмотрел на нее, но ничего не сказал.

– Ну? – Тамми ждала с замиранием сердца.

Он глубоко и медленно вздохнул.

– Благородный человек на моем месте продолжал бы тебя отговаривать.

– А ты не будешь? – Она посмотрела на него в упор.

– Нет. Я хочу жить с тобой вместе. Начиная прямо с сегодняшнего дня. Но это ужасно эгоистично, имей в виду. – Он придвинулся к ней, и тела их слегка соприкоснулись. – Я люблю тебя, я хочу всегда быть с тобой.

– Тогда позволь, я сделаю то, что задумала.

Он улыбнулся ей в ответ, и тут к ним подошли Макс и Ариана, с удовольствием глядевшие на юную пару.

Ноэль и его подруга были такими молодыми, такими счастливыми и свободными; всем окружающим хотелось хоть на мгновение разделить с ними их радость. Казалось, перед ними простиралась долгая светлая дорога, по которой они зашагают к своему счастью.

– Мама, ты помнишь Тамми?

– Конечно.

Ариана тепло взглянула на девушку. Тамми ей нравилась. И хорошеньким личиком, и явно неплохим характером. И еще Ариана заметила серьезную нежность, светившуюся в глазах сына.

– Наверное, мне следует представить вас друг другу заново. Ведь у моей матери теперь другая фамилия. – На этот раз покраснела Ариана, а Макс гордо выпрямился и слегка усмехнулся. – Моя мать – миссис Томас, мой отчим – Макс Томас, моя подруга – Тамара Либман.