Бросаться гарвардским дипломом, словно это ничего не значащий клочок бумаги? Ты явно не в себе, детка.
– И это все, что ты можешь сказать?
Глаза ее сузились, девушка казалась рассерженной и обиженной. Но он тут же взял ее за руку и нежно поцеловал.
– Нет, не все, и ты это отлично знаешь. Я всего лишь хотел обратить твое внимание на следующее обстоятельство. – Он ласково усмехнулся. – Ты не желаешь сидеть в Гарварде еще два года и ожидать моих приездов, и все из-за своего сладострастия.
– Да, потому что это глупо. Тяжело для тебя и для меня. Ты сейчас начнешь работать, да еще собираешься заниматься наукой. Как ты думаешь, часто ли ты сможешь приезжать? Я тоже едва ли смогу ездить туда-сюда – нагрузка в этом году еще больше, чем раньше. А если я переведусь сюда, мы будем чаще проводить время друг с другом.
Огромные глаза Тамми умоляюще глядели на него, и Ноэль изо всех сил боролся с собой, чтобы не уступить.
– Тамми, я не хочу, чтобы наши отношения повлияли на твое решение. Слишком все это важно. Столь серьезная перемена может испортить всю твою карьеру.
– О, ради Бога, не будь таким снобом. Я ведь собираюсь перевестись в Колумбийский университет, а не в какой-нибудь заштатный колледж.
– А почему ты уверена, что тебя примут?
Ноэль отчаянно старался исполнить до конца свой долг, но столь же отчаянно желал, чтобы она осуществила задуманное.
– Я уже узнавала. Мне сказали, что я могу начать со следующего семестра.
Он со значением посмотрел на нее, но ничего не сказал.
– Ну? – Тамми ждала с замиранием сердца.
Он глубоко и медленно вздохнул.
– Благородный человек на моем месте продолжал бы тебя отговаривать.
– А ты не будешь? – Она посмотрела на него в упор.
– Нет. Я хочу жить с тобой вместе. Начиная прямо с сегодняшнего дня. Но это ужасно эгоистично, имей в виду. – Он придвинулся к ней, и тела их слегка соприкоснулись. – Я люблю тебя, я хочу всегда быть с тобой.
– Тогда позволь, я сделаю то, что задумала.
Он улыбнулся ей в ответ, и тут к ним подошли Макс и Ариана, с удовольствием глядевшие на юную пару.
Ноэль и его подруга были такими молодыми, такими счастливыми и свободными; всем окружающим хотелось хоть на мгновение разделить с ними их радость. Казалось, перед ними простиралась долгая светлая дорога, по которой они зашагают к своему счастью.
– Мама, ты помнишь Тамми?
– Конечно.
Ариана тепло взглянула на девушку. Тамми ей нравилась. И хорошеньким личиком, и явно неплохим характером. И еще Ариана заметила серьезную нежность, светившуюся в глазах сына.
– Наверное, мне следует представить вас друг другу заново. Ведь у моей матери теперь другая фамилия. – На этот раз покраснела Ариана, а Макс гордо выпрямился и слегка усмехнулся. – Моя мать – миссис Томас, мой отчим – Макс Томас, моя подруга – Тамара Либман.






