ЛЛисторияЕщё одна глава — и целый мирВыбрать историю ↗

Об этой истории

«Калевала» — народный эпос, собранный в российской Карелии, скомпонованный и как бы воссозданный Элиасом Лённротом, демократический в своей основе, подобный «Иллиаде» и «Одиссее» по характеру своего возникновения и помогавший народам Карелии и Финляндии благодаря неисчерпаемому богатству и свежести речи своей и при помощи мудрых усилий сына народа Лённрота выработать современный финский литературный язык. «Калевала» — это великий и цельный памятник народного творчества. Вечно молодой старец Вяйнямёйнен — любовь и надежда простого народа, «работающий для блага грядущих поколений». Во множестве народных рун он отразился именно таким. Вступительная статья Мариэтты Шагинян, перевод с финского Л.Бельского. Иллюстрации А. Галлен-Каллелы.

Шрифт
Размер шрифта
-
+
Межстрочный интервал
↓
↑

Но идти велит пристойно,

Подвигаться осторожно,

445

Жить в веселье постоянном,

Золотые дни лелея,

На полях и на болотах,

На полянках, полных жизни,

Башмаков не зная летом

450

И чулок не зная в осень,

Отдыхая в непогоду,

Укрываяся зимою

Под навесом из черемух,

Возле крепости иглистой,

455

У корней прекрасной ели,

В можжевельника объятьях:

Пять на нем одежд из шерсти

И плащей прекрасных восемь.

Там я взял свою добычу,

460

Там охота удалася».

Так сказали молодые,

Так промолвили и старцы:

«Как же лес таким был добрым

И как милостива роща,

465

Ласков так хозяин леса,

Тапио так благосклонен,

Что он дал тебе любимца,

Выдал лакомку до меда?

Иль за ним с копьем бежали,

470

Иль стрелою напугали?»

Старый, верный Вяйнямёйнен

Говорит слова такие:

«Лес ко мне вполне был добрым,

Очень милостива роща,

475

Ласков был хозяин леса,

Тапио, хозяин рощи.

Миэликки, хозяйка леса,

Теллерво, дочь Тапиолы,

Та красотка, дева леса,

480

Та малюточка лесная,

Мне дорогу показали,

Мне готовили тропинки,

Метки делали дорогой,

Чтобы знал я направленье,

485

Знаки делали на горках

И зарубки на деревьях

К двери знатного медведя,

К месту, где его берлога.

И когда туда я прибыл,

490

Подошел к его границам,

Я копьем своим не бросил,

Не стрелял я там из лука:

Сам скользнул он с возвышенья,

Сам упал со скользкой ветви,

495

Сучья грудь ему порвали,

Ветки брюхо распороли».

И затем сказал он снова,

Сам такие молвил речи:

«Мой возлюбленный ты, Отсо,

500

Пташка милая, любимчик!

С головы сними одежду,

Хищной пастью не кусайся,

Зубы редкие отдай нам,

Подари свою нам челюсть!

505

И смотри, не рассердися,

Коль мы так с тобой поступим,

Что твоя головка треснет,

Заскрежещут сильно зубы.

Вот беру я нос у Отсо,

510

К прежде взятому в придачу:

Не беру для посрамленья

И беру не только это.

Вот беру у Отсо ухо,

К прежде взятому в придачу:

515

Не беру для посрамленья

И беру не только это.

Вот беру я глаз у Отсо,

К прежде взятому в придачу:

Не беру для посрамленья

520

И беру не только это.

Вот беру я лоб у Отсо,

К прежде взятому в придачу:

Не беру для посрамленья

И беру не только это.

525

Вот беру у Отсо морду,

К прежде взятой в добавленье:

Не беру для посрамленья

И беру не только это.

Вот беру язык у Отсо,

530

К прежде взятому в придачу:

Не беру для посрамленья

И беру не только это.

Назову того я мужем

И почту того героем,

535

Кто сочтет здесь эти зубы,

Кто весь ряд зубов повынет

Тут из челюсти железной,

Вынет крепкими руками».

Никого там не нашлося,

540

Ни один храбрец не вышел.

Сам тогда считает зубы,

Сам ряды их вынимает;

Вынул крепкими руками,

Став коленом на медведя.

545

Вынул зубы у медведя,

Говорит слова такие:

«Отсо, яблоко лесное,

Круглый шар в лесах зеленых!

Ты пройдись еще немного,

550

Прошуми еще немножко,

Из гнезда, что очень тесно,

Из жилища, что так низко,

Перейди ты в дом высокий

И в широкие покои.